В темных улочках района "Красный Октябрь" стояла вечная пробка, где роскошные автомобили медленно толкались друг о дружку на снежную трассу зимой. Вдруг над головой появился бело-желтый Bentley — знакомое личное авто вождя очередной очереди. Водитель затормозил, как и все, но Роман уже не мог выносить эту мрачную толпу. Он был в отеле «Оюнсу», новым местом для шумных вечеринок и загадочных встреч....
– Гарик! – Девушки вернулись из туалета. – Мы есть хотим!
– А я что, типа, повар? – снова разозлился он. – Что я должен сделать? Меню вам подать?
– Давай разбудим управляющего! – в голосе Наташи звенели капризные нотки. Если она опять начнет орать, он точно даст ей в морду. – Он же должен нас кормить! Пусть приготовит поесть!
На этот раз Габазов счел её слова логичными. Этот урод должен шуршать по хозяйству, а не спокойно спать, типа, тяжело ранен, несчастный. Его место вообще за решеткой! Какого хрена он плел им всякую фигню про то, что в отеле кроме него никого нет?! Дед старый, не дойдет, снега много и бла-бла-бла! Вон как бодро дошел и зарезал четверых человек! И его самого чуть не убил.
– Ну, так разбудите! – посоветовал Наташе Габазов.
Девушки недовольно поморщились, но не стали спорить и направились к дивану, на котором лежал управляющий. Приблизившись к раненому, Оля брезгливо скривилась и несколько раз махнула рукой, словно отгоняя от себя надоедливое насекомое.
– Фу, что за вонь! – возмутилась она. – Это что, мухи?! В ресторане, да ещё и зимой?!
– Это от него воняет! – поддержала подругу Наташа, указывая рукой на Петра. – Смотри, мухи у него по спине ползают, где Макс рану забинтовал! А вдруг он умер?!
Девушки испуганно отступили, и Гарик зло вздохнул.
– Слышь, ты! – Габазов потряс управляющего за плечо. – Очнись, чувак! Потом поспишь, работать пора! – Петр не отреагировал, и Гарик толкнул его сильнее. – Слышь?! Подъем, я сказал!
Управляющий не отзывался, и Габазов со злостью рванул его за воротник, стаскивая с дивана на пол. От сильного рывка ткань пиджака с громким треском разорвалась, сползая на живот, и потянула за собой рубашку и неуклюже наложенную окровавленную повязку.
