Это долбаное жужжание может выдать её, и от него надо избавиться, а если ей будет звонить тот отцовский сотрудник, она увидит вызов глазами, в таком мраке пропустить его будет невозможно, надо лишь не убирать телефон и постоянно держать его в руке."
"Деревянные ступени скрипнули, и она застыла, обращаясь в слух. Он поднимается на второй этаж! Оля бросила взгляд на часы. Осталось сорок пять минут! Внезапно дверь её номера громко заскрипела, отворяясь, и Оля похолодела от страха. Как?!! Он уже здесь! Грузные шаги медленно проникли в помещение и стихли.
Неровное сипение старческого дыхания вновь ударило по барабанным перепонкам, заполняя уши глухим гулом, и её охватила молчаливая паника. Тело против воли забила истерика, и трясущаяся Оля закусила руку, чтобы он не услышал стук её зубов и не почувствовал рваное судорожное дыхание. Сторож немного постоял посреди номера, потом сделал несколько шагов, и она услышала, как открываются дверцы шкафа. Не обнаружив там никого, убийца направился в спальню.
Двуспальный матрас зашуршал, словно кто-то крупный и грузный навалился на него, заглядывая под кровать, и неторопливые шаги зазвучали вновь. Маньяк вышел из номера и закрыл за собой дверь. В вибрирующей животным ужасом тишине зловеще зазвучал издевательский стариковский смех, и сторож пошел дальше, продолжая негромко смеяться.
У неё получилось! Оля с трудом разжала вцепившиеся в руку зубы. Он не нашел её и идет дальше! Вскоре он обойдет весь второй этаж и поднимется к мансарде. Там его дожидается последняя жертва.
Теперь остается осторожно покинуть это здание и перебраться поближе к вертолетной площадке! Она дождалась, когда из коридора донесется звук открывающейся двери и сторож зайдет в следующий номер, и выбралась из-за кресла. Бесшумно подкравшись к выходу, Оля медленно приоткрыла дверь и выглянула наружу. Коридор был пуст, дверь соседнего суперлюкса распахнута. Бежать надо прямо сейчас! Она выскользнула из номера и на цыпочках побежала к лестнице. Оказавшись на первом этаже, Оля добралась до фойе и бросилась к выходу на улицу, как вдруг что-то очень черное сгустилось в и без того темном углу рядом с дверьми, и она метнулась за стойку регистрации.
Со стороны выхода послышался тихий шаркающий звук, будто кто-то едва переставлял ноги, волоча за собой по густому ворсу роскошного коврового покрытия что-то длинное и склизкое. Едва уловимое бульканье смещалось вместе с шарканьем, медленно приближаясь к стойке регистрации.
