‒ Забыл уточнить, что ночи будут не подряд. Исключительно, когда я тебя пожелаю. Так что год вполне может растянуться на два, или больше… ‒ Желаю возразить, но Кретов опережает: ‒ Но, если ты проявишь инициативу, пятьдесят могут превратиться в сто тысяч, а количество ночей сократится вдвое. ‒ Слышу, как он улыбается, прикусывая кожу на плече. ‒ Мы поняли друг друга, Вишенка?
‒ Да.
‒ Не слышу!
‒ Да, Елисей Маркович!
‒ Запрещаю тебе так меня называть. Исключительно Лис.
‒ Хорошо. Я не могу дозвониться Мише. Скажите ему, чтобы набрал мой номер.
‒ Давно упрёков в свой адрес не получала?
‒ Он мой брат. Несмотря ни на что, я волнуюсь. ‒ Я всё ещё прижата спиной к Кретову.
‒ Я подумаю.
‒ Подумаете? Это же проще простого: сказать человеку, чтобы он позвонил сестре. Незамысловатая просьба.
‒ Попроси по-хорошему, Вишенка. Ласково. Нежно.
‒ Если позволите мне повернуться…
Сам резко разворачивает и тут же впивается в мои губы, раздвигая их и исследуя влажным языком мой рот. Присваивает, поглощает, порабощая и делая безвольной куклой в сильных руках. Целоваться Лис умеет ‒ грубо, разнузданно и пошло. Задыхаюсь от его напора, но не желаю отталкивать, наслаждаясь силой и уничтожающей аурой, полностью подчиняющей Кретову. С ужасом осознаю, что тихонько постанываю, вцепившись в полы чёрного пальто и прижимаясь к груди мужчины.
‒ И дальше будешь утверждать, что совершенно безразлична ко мне? ‒ Отрывается от губ, обхватив пальцами мой подбородок и не позволяя отвести взгляд в сторону.
‒ Да, ‒ произношу уверенно.
‒ Отчего-то уверен, что через пару недель твоё мнение изменится. Ты ведь ждала меня сегодня ночью?
‒ Нет, конечно, ‒ нагло вру, ‒ радовалась, что появилась возможность выспаться и отдохнуть, не испытывая дискомфорт от присутствия постороннего человека в постели, ‒ выплёвываю каждое слово, ехидно улыбаясь.
‒ Тебе ведь было хорошо со мной. ‒ Прищуривается, прожигая мимолётными огоньками злости."
"‒ Не настолько, чтобы я желала повторения целых четыреста раз. ‒ Застёгиваю пуговицы на пальто Кретова резкими движениями и отворачиваюсь, чтобы нажать кнопку на панели. Лифт приходит в движение и через полминуты я получаю заветную свободу. ‒ Хорошего дня, Елисей Маркович, ‒ довольно улыбаюсь, отмечаю, как усиленно ходят желваки на лице мужчины. Оказывается, его просто вывести из равновесия, просто назвав полным именем. Учту и воспользуюсь. Ни один раз.
‒ И вам, Руслана Сергеевна, ‒ хмыкает. ‒ Вечер наступит быстро. Я обязательно возьму своё. Долги не прощаю.
Последние брошенные мне слова, и мужчина покидает отель, чтобы оставить в недоумении посреди большого холла. Я выбрала неправильную тактику, разозлив Лиса.