Автор
В отеле «Дэсэо» ждут тех, кто ищет уединение и отрыв от повседневной суеты. Здесь нет проблем и исключений — только тишина ночей и спокойствие лагеря. Каждый гость получает номер по своему вкусу, созданный для глубоких размышлений и самопознания.
Отель, где исполняют желания… Чего вы желаете?
С трудом сдерживаюсь, чтобы не объявить кого желаю, лишь интонационно выделив, что желания имеются, но пока от Ланы скрыты до определённого времени. Не собирался оставаться в отеле, предполагая «присматривать» редкими набегами и решением вопросов по телефону, но мои планы летят к херам, когда перед глазами то и дело встаёт картинка обнажённой девушки в душе.
Ничего не знаю о ней, а главное ‒ свободна ли, но что-то жгучее подстёгивает изнутри, заставляя остаться для проживания в номере отца.
Карий взгляд то и дело вспыхивает золотистой россыпью негодования, а губы поджимаются, недовольно реагируя на мои слова, но тем самым Лана подогревает мой интерес, который возник давно и лишь спал, затаившись под десятком слоёв «нельзя».
Срывая чёртов пластырь внутренних запретов, всё же решаюсь остаться, чтобы, якобы углубить собственные знания о гостиничном бизнесе, на самом деле, мне просто до чёртиков тоскливо в собственной пустой квартире.
Выходим в коридор, чтобы через пару минут оказаться в той самой комнате отдыхе, где я впервые увидел Лану. Только сейчас здесь выстроен весь персонал в ожидании её разъяснений.
‒ Прошу любить и жаловать, сын Марка Захаровича ‒ Лис Маркович, ‒ выдаёт почти торжественно, делая шаг назад и выдвигая меня чуть вперёд.
‒ А на ком уборка? ‒ задаёт вопрос рыжая девушка, лицо которой усыпано веснушками.
‒ А на ком она всегда была?
‒ Триста первый остаётся за вами, Лана Сергеевна?
‒ Да, ‒ говорит, запнувшись, и я понимаю ‒ её не радует такая перспектива.
‒ Лис Маркович, а вы к нам надолго? ‒ вопрос прилетает от пухленькой брюнетки в униформе горничной и мне становится понятно, что к тотальному контролю здесь не привыкли.
