Я закинула голову ему на плечо так, что поток воды бил мне в шею и ниже. Мои глаза были закрыты из-за капель, брызгающих в разные стороны, я уже чувствовала приближение оргазма, когда поняла, что рука с моей груди, страстно пощипывающая сосок, исчезла и появилась… сзади! Он трогал промежность, а потом нашёл моё заднее отверстие, и немного просунул туда палец. Я ахнула от неожиданности, дёрнулась и открыла глаза, вода тут же залила всё на свете. Я отшатнулась к стенке душевой.
— Что ты делаешь? — спросила с испугом.
— Хочу, чтобы у тебя всё зажило, — сказал он и потрогал меня внизу живота. — Но и оставлять тебя без внимания не могу, — на его лице играла хитрая улыбка.
Он выключил воду и нагнулся за дверцей душевой. Поднял что-то и поставил это на полочку — маленькая баночка с дозатором.
— Я не могу, — испуганно сказала я.
— Ты сможешь всё, что я захочу. Забыла, что ты — моя маленькая должница?
Он выдавил гель себе на ладони и медленно потёр их друг о друга, а потом взял меня двумя руками за грудь и сжал её. Я слегка ударилась о стенку душевой и снова удивлённо выдохнула, застонала от удовольствия, а Марк всё не останавливался, продолжая сжимать мою грудь.
— Моя женщина, — сказал он прежде чем впиться мне в губы.
Развернул меня лицом к плитке, взял за руки и поставил их вперёд, чтобы я упёрлась о стенку.
— Выгни спинку, киска, — пошло промурлыкал он.
И я нехотя, на автомате сделала это, потому что та самая киска уже сгорала от желания.
Новая порция геля попала на мой клитор, но тут же была размазана по всей промежности. Он приставил член к моему анусу, и я вскрикнула.
Марк входил очень медленно, и по началу это не было приятным вообще.
— Ласкай себя, — сказал он, тяжело выдыхая, кажется, Марку это доставляло огромное удовольствие.
Но я не могла сделать то, что он просит. Марк вытащил член из моей попки, взял одну мою руку и положил мне между ног.
— Ласкай себя! Это приказ! Иначе я стану рассматривать как ты это делаешь.
Я обернулась и растерянно посмотрела ему в глаза.
Ну что, я правда не умела! В моей семье не принято было разговаривать о таких вещах. А уж трогать себя мне казалось очень постыдным!
Он посмотрел на меня по-новому, наклонил голову и поцеловал. Жарко. Страстно. Так, что холод, начавший пробирать моё мокрое тело, тут же испарился, оставив за собой только желание. Хватал ртом грудь, оставлял засосы на шее, животе, поцеловал половые губы, доводя почти до экстаза.
Потом он остановился.