Автор
В теплых кафе или за закрытыми дверьми ее комнаты, мы проводили долгие вечера бесед, где Дженифер раскрывала мне свои глубокие сны и чувства. Описанные события вышли непосредственными и естественными, передавая особенности души юной женщины — романтической и весьма чувственной....
Вернулась Стефания с тарелками.
– Уже началось? Дьявол, я пропустила.
– А ты разве не видела?
– Видела. Но я обожаю этот фильм.
– Ты смотришь все это одна?
– Иногда я смотрю и просто умираю от желания. Тогда я дотрагиваюсь пальцем вот сюда, начинаю двигать… м-м-м, какое удовольствие…
Стефания сняла блузку, а вместе с ней и трусики, оставшись совершенно голой. Она поставила тарелки на стол и показала сестре, как надо удовлетворять себя. Дженифер оставалась неподвижной, это было для нее как сон. Ее опьянило шампанское, а может быть, взволновало происходящее у нее на глазах.
– Давай я сделаю так тебе."
"Дженифер, как будто с вызовом, раздвинула ноги. Да, она желала снова испытать то, что уже испытала с Паулиньей. По движениям сестры Стефания догадалась, что та не против. Улегшись рядом, Стефания положила руку на живот Дженифер, скользнула под трусики. Затем нащупала клитор и стала нежно массировать его. Дженифер почувствовала неловкость, слегка сдвинула ноги. Стефания улыбнулась.
– Дженифер, ты ведь девственница?
– Да.
– И у тебя никого не было?
– Нет.
– Ни мужчины, ни женщины?
– Нет.
Ей нравилось обманывать Стефанию, потому что она ничего не теряла. Движения руки ее сестры приносили скорее расслабление, чем возбуждение – но, возможно, то и другое в равной мере. Вместе с тем, мягкий голос Стефании, вопросы, которые она задавала, все сильнее зажигали Дженифер, все больше приковывали ее к подушкам. И то, что происходило, все больше казалось сном. Дженифер захотелось узнать кое-что о сестре.
– А ты, Стефания?
– Что я?
– Ты была с женщиной?
– Да.
Стефания убрала свою руку, поднесла ее ко рту, а потом, глядя на Дженифер, дотронулась этой рукой до губ сестры. Дженифер ощутила ее влажность, наслаждаясь сознанием того, что ее слюна смешалась со слюной Стефании и с ее собственными выделениями. И тогда Дженифер, теперь уже сама, просунула руку сестры себе под трусики.
– Пицца остынет, хорошая моя.
– Ну и пусть.
Голос, сниженный до шепота, сопровождался страстным взглядом, и Дженифер заметила, что она находится всецело во власти пальцев, нежно двигавшихся туда и обратно.
– Какая ты горячая, Дженифер. Непросто придется твоему парню.
Дженифер заметила, что сестра тоже возбуждена. Именно она теперь контролировала происходящее. Дженифер повернулась всем телом к Стефании и заставила ту отдаться ей.
– Дженифер, остановись.
Дженифер принялась целовать грудь Стефании, думая о том, сколько мужчин хотели бы заняться тем же самым.
