Михаил Ленковский стоял на пороге своего убийства, но его мозги еще работали. Кровавый шайкист председателя сельсовета повис на ветке дерева, как кукла. В глазах Михаила плескалась надежда — он готов был противостоять злу до последней минуты. Ночь была холодной и мертвой, но внутри Ленковского горел огонек борца за справедливость....
Русский — это клеймо кровавого и беспощадного варварства. Вас просто не должно быть. Ну можно немножко оставить и держать в зоопарках.
— А кто должен жить и доминировать?
— Немцы. Поляки. Англичане. Консолидированный западный мир. Германцы в целом были правы в идеях, но перегнули палку со своим арийским превосходством. Они не поняли, что являются всего лишь частью этого самого западного мира. А он единственный оплот цивилизации на этой все еще пытающейся рухнуть в невежество и варварство планете.
— Во как, — с уважением протянул полковник Беляков.
— Ну так слушайте лучше. Может, и услышите свист, когда вам на голову посыплются американские ядерные бомбы. Вы обречены. Обречены! Обречены!!! — вдруг завизжал он, стукнув себя по колену ладонью.
Если кто-то и был обречен из присутствующих, так это он. Его глаза были совершенно шальные.
Даже возражать ему было как-то совестно, объяснять, насколько он не прав. Это их консолидированный западный мир, основанный на эксплуатации и грабеже, обречен.
Когда конвоиры его увели, полковник задумался. У меня же остался неприятный осадок и сильное недоумение.
— Все же не могу понять, как он дошел до такого градуса ненависти к нам, что готов был взорваться вместе со всеми, — покачал я головой.
— Ну он и так был идеологически достаточно обработан. Взращен в этой ненависти, — задумчиво произнес полковник. — Хотя, думаю, этим не ограничилось. Сейчас американцы активно проводят опыты по контролю над человеческим сознанием. Они полагают, что поведение можно контролировать и незаметными воздействиями толкать якобы свободную личность на дикие поступки, в том числе самоубийственные. Человек становится машиной.
— Химия?
— Химия. Гипноз.
Я кивнул. Знаю, что есть такие специалисты. Сейчас они, например, работают со Святозаром, который нам пока что сильно нужен — слишком много вопросов осталось к нему.
Может быть, и поработали с ним американские психологи и гипнотизеры. Но дело не только в этом.
Конечно, как и положено преданному чекисту и члену ВКП(б), я весь из себя атеист, мистику считаю мракобесием и средневековьем.
