Наконец, ребята побежали переодеваться — Света не забыла сделать крюк для «погладить животик» — а я отдал тетрадку прямо в зубы волку-физруку, попросив:
— Можно нам домой арахисовую пасту, по две пятилитровки газировки каждого вида и консервированных осьминогов? Стиральный порошок у нас есть, а вот кондиционера нет — я записал, как переводится.
Утвердительно рыкнув, физрук с тетрадкой в зубах побежал к школе. Подавив почти вырвавшееся ему вслед «хороший песик» — обидится же — я поднялся с лавочки, потянулся и пошел к турникам. Надо будет Лёху в помощники взять и во дворе такой поставить, физкультурой заниматься — здесь тренера и бассейна нет, придется самому. Раз, два, три…
— Четыре, пять, шесть! — перебил мой мысленный подсчет Колькин голос.
Спиной к школе и лицом к школьным воротам подтягиваюсь, не вижу ребят, но не прерывать же процесс?
— Семь, восемь, девять! — добавился к нему голос Артема.
— Десть, одиннадцать, двенадцать! — присоединился к ним Лёха.
— Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать! — а вот и Света.
В поле зрения вошла не смотрящая на меня Валя и быстро направилась к выходу. Продолжает игнорировать, но хоть арбуза поела — хороший знак.
— Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать… Давай, ты сможешь! — последняя фраза принадлежала соло-Лёхе. — Двадцать семь!
Я отпустил перекладину и обернулся. Маленькие оборотни мне похлопали — пришлось поклониться.
— А сколько раз обычные люди подтягиваются? — решила измерить мою крутизну Света.
— Обычным людям на физкультуре за двенадцать подтягиваний ставят пятерку, — ответил вышедший из школы Геннадий Петрович.
Артем побежал в туалет.
— Так ты сильный! — широко улыбнувшись, похвалила меня Света.
— Андрей корову Кузьмича поймал, она его чуть не забодала! — немного приукрасив, поделился драгоценными воспоминаниями Лёха.
Два дня с тех пор прошло всего, а кажется, будто в другой жизни.
— Ничего себе! — восхитился Колька. — Расскажи!
— Да что там рассказывать, — смутился не привыкший быть центром внимания я. — Коровы простые, если на них не орать и не махать руками, успокаиваются и слушаются.
— У меня не получится, — вздохнула Света. — Я бы хотела корову потрогать, но наша Рябинка меня боится.
— Зато попугай не боится, — успокоил ее я.
— Капитан хороший! — просветлела она. — Лёша, можно к тебе в гости?
Колька покивал — тоже хочет жако погладить.
— Надо маму спросить, — решил было поважничать мой друг, но не выдержал груза жалобных глаз.
