Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
Роза с Максимом ведь тоже закрывались в комнате… Только эта тихушница тогда лишь отмахнулась типа «они просто постояли».
Ага. Да. Конечно.
Повернув голову, я наткнулась на взгляд Леднёва. Он всё ещё смотрел на меня недовольно, будто своим прикосновением, я осквернила какую-то его реликвию…
Нижняя губа дрогнула, но я постаралась выдавить из себя привычную жизнерадостную улыбку, хотя внутри все бесновалось…. Обида, ревность, боль, злость рвались наружу, сплетаясь в один густой черный клубок.
Это подарок моей девушки…
Девушки.
Неужели той суки, которая в прямом смысле бросила его истекать кровью?
И ведь все сходится…
Вскоре после выпускного Роза уехала до конца лета, а Леднёв ходил мрачнее тучи. Значит, это была она? Все это время они крутили любовь за моей спиной?!
Я чувствовала, как кровь отливает от лица, а пальцы холодеют. Ведь я всегда находилась рядом с ним, старалась быть незаменимой, ловила каждый его взгляд, на что-то надеясь...
А он…. Он смотрел на меня, как на прокаженную… И все из-за лживой гадины Леднёвой, которая заграбастала моего любимого.
Остаток съемки прошел как в густом тумане.
Я механически позировала, тщательно изображая привычную вовлеченность в процесс, но все это происходило будто сквозь непроницаемое стекло.
Во время перерыва Леднёв подошел ко мне, обратившись непривычно напряженным голосом.
- Лен, ты можешь задержаться после съемок? Нам надо кое-что обсудить. Это важно."
"Раньше я бы растворилась в этом бархатистом обволакивающем тоне, но в свете последних событий не трудно было догадаться, о чем он собирался со мной поговорить.
Этого нельзя было допустить.
Не сейчас. Только не сейчас.
- Да, конечно! - выталкивая мягкую улыбку.
Когда, наконец, прозвучало «Снято!», я собрала вещи быстрее всех, стараясь не смотреть в сторону Максима. Хорошо, что в этот момент зазвонил его телефон.
Убедившись, что Леднёв отвлекся на разговор, проходя мимо его вещёй, я исхитрилась аккуратно положить браслет себе в карман, и, толком ни с кем не попрощавшись, почти побежала по темному коридору, лишь бы поскорее покинуть съемочный павильон.
Только спустившись в метро, я позволила себе глубоко, с надрывом вздохнуть, но мне все равно не хватало воздуха.
Мне нужно было к своему гримуару. Скорее. Правда, по пути я заглянула в цветочный магазин, купив букет из четного количества роз.
Лишь дома я позволила себе дать волю слезам.
