Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
Вспомнила, как он не так давно уже «хотел поговорить», а в итоге настоял остаться у меня на ночь, и вел себя жутко….
После того эпизода у меня дома мы больше не пересекались.
Я отвергала все его предложения о встрече до того момента, пока не найду деньги, чтобы расплатиться с ним за выкупленный медальон, поэтому и продолжала исправно работать в профкоме, надеясь поскорее накопить нужную сумму, лишь бы не быть ему обязанной.
- Игорь, ничего не получится, - выдерживая его пробирающий до костей взгляд, стояла на своем я.
- Ты меня боишься, что ли? - тихо спросил он с опасным блеском в глазах.
Господи, да.
- Нет, что ты такое говоришь? - я глубоко вздохнула, стараясь выровнять дыхание, медленно пятясь к лестнице.
- Роза, это же просто смешно.… - он сделал резкий шаг вперед, и его пальцы впились мне в запястье. - Я же сказал, нам нужно поговорить.
Кровь стучала в висках, дыхание перехватило. Я почувствовала, как дрожь пробежала по всему моему телу, потому что его странное поведение уже переходило все разумные границы.
- Отпусти! - раздраженно выпалила я. - Я же тебе уже сказала, что никуда с тобой не поеду! Чего не ясно?
В ответ лишь его язвительный смех.
- И что ты сделаешь, если я не отпущу? - пальцы Олейника сильнее впились мне в кожу, он наклонился к моему уху.
- Роза, ты начинаешь выводить меня из себя, - прохрипел он полным сдерживаемой ярости голосом.
Зажмурившись, я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
В голове, тем временем, проносились обрывки воспоминаний - этаких тревожных звоночков.
Вполне возможно, он начал преследовать меня гораздо раньше, умело маскируя этот маниакальный интерес. Сначала, прикрываясь равнодушием и отношениями с Ланой Латыповой, а потом - новым витком нашей так называемой дружбы…
А что… если все это время Олейник методично ломал мою жизнь, чтобы мне не к кому было пойти, кроме него? Чтобы, в конце концов, я сама к нему вернулась?
Господи, какой кошмар…
Поясницу прошиб ледяной пот, и я прикрыла рот ладонью, ужаснувшись этих шальных мыслей.
В ушах зазвенело, а через мое тело прошла неконтролируемая дрожь, вспомнив обрывки нашего разговора с Максимом в поезде…
«Только мне не дает покоя одна вещь… Получается, твой отчим в сговоре с тем, кто подставил меня тогда в школе, украв деньги.…»
«Это финиш, Роз… Это полный финиш… Вот так картина вырисовывается…».
