Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
Значит, больше не доверяет, раз задает такие вопросы…
- Созвонимся на днях. Ладно? - я неотрывно смотрел на серебряный браслет на своем запястье, всё ещё не желая его снимать, - Мне нужно решить кое-какие вопросы…
Ничего не ответив, Роза отключилась.
Я не стал перезванивать. В конце концов, мне надо было успокоиться и взять себя в руки, смирившись с тем, что единственная девушка, которой я открыл свое сердце, видит во мне полное уёбище. Неудачника-вора.
Бьет по глазам адреналин. Переживем… Ну, и черт с ним.
Зажмурившись, я почувствовал, как голова, раскалываясь, в прямом смысле идет кругом. В ушах нарастал неприятный звон. Не хватало только откинуться в этой Богом забытой конуре. Собаке - собачья смерть? Кажется, так говорят…
Я дернулся от трели мобильного, в глубине души надеясь, что это Леднёва. Но звонили с незнакомого номера.
- Да? - коротко бросил, потирая виски.
- Здорово, товарищ! - донесся до меня неунывающий голос Туза, - Как твое ничего? - заржал этот мудила.
- Тамбовский волк тебе товарищ, - зло бросил я.
- Да не серчай ты, Макс. Я же тебе говорил, мы законы чтим, конечно. И порядок соблюдаем. И права нам все известны. Конституцию мы знаем, - откровенно потешался этот урод.
- Тебе чего?"
"- Дельце одно подвернулось. Можно хорошо поднять. Клянусь, тебе ничего не грозит, - спокойно добавил Тузовский.
- Глеб, а не пойти бы тебе на хер? - в его же лениво-высокомерной манере обрезал я «подельника», сбрасывая вызов и в ту же секунду занося его номер в блок, искренне жалея, что тем зимним вечером по собственной тупости принял его помощь, оказавшись теперь в полной заднице.
С трудом поднимаясь с кровати, я достал из холодильника бутылку воды, удивившись, что он до отказа забит продуктами - Галицкий постарался. Каким бы социопатом ни был Ромка, другом он был отменным.
Я вздрогнул, услышав звук дверного звонка. Кого там принесло, учитывая, что адрес моего нового съемного жилья знали всего пара человек, включая Леднёву.
Взглянув в глазок, я увидел.
- Лена?
Я вопросительно выгнул бровь, больше не успев ничего сказать, потому что в этот миг, всхлипнув, девушка буквально повисла у меня на шее.
Глава 4
- Максим, что они с тобой сделали? - запричитала Трофимова.
- Шёл. Поскользнулся. Упал. Ни гипса. Ни бриллиантов. Ни мобильника, - не особо смешно сострил я, демонстративно уворачиваясь от ееёобъятий. - Лен, тебе чего? - морщась от распирающей боли в висках.
- Как чего? Я переживала.
