Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
Скоро будем укладываться… - подмигивая притихшему мелкому.
- Я пока здесь. Не могу уехать, - тяжело вздыхая. - Медсестры гонят домой, а я слоняюсь по приемному покою. Не могу…
- Понимаю, мам. Ни о чем не беспокойся, ладно? Если что, звони…
Закончив разговор, я притянула братишку ближе к себе, взъерошив его мягкую шевелюру.
- Слышал? Опасность миновала… - чувствуя, как ослабевает пружина внутри. - Твой отец будет жить!
Антошка дергано кивнул, сцепив зубы, очевидно, чтобы больше не разреветься.
Только ото всех этих потрясений и новостей я сама с трудом сдерживала рыдания, впившись мутнеющим взглядом в почти собранное безоблачное голубое небо на полу.
* * *
Я резко открыла глаза, почувствовав, как солнечный луч щекочет лицо, обнаружив рядом с собой на кровати вместо брата лишь смятое одеяло с рисунком динозавра.
Вчера ночью, вернее, уже под утро, Антошка заснул в моей комнате, а Максим постелил себе в гостиной.
Протянув руку за телефоном, выяснилось, что я благополучно проспала первую пару, узнав из маминого сообщения, что отчим пришел в себя, а она, наконец, едет домой отсыпаться.
Быстро умывшись и натянув домашнее платье, я вылетела в коридор, почувствовав запах свежей выпечки. Застыв в дверях кухни, я зацепилась взглядом за идиллическую картину.
Растрепанный и явно не выспавшийся Леднёв орудовал у плиты, переворачивая на сковородке оладьи, в то время как Антошка, размахивая вилкой, что-то эмоционально комментировал, не отрывая взгляда от плазмы на стене.
По телевизору шел футбол.
- Макс, смотр-и-и-и! - взвизгнул мой брат, едва не перевернув тарелку. - Прямо в ворота-а!
Максим хмыкнул, ловко орудуя прихваткой.
- Вот так! Прямо в девятку-у-у! - Антошка аж подпрыгнул на стуле.
- Чистый удар подъемом. Видел, как он вывернул ногу?
- Нет, а как?
Вместо ответа, Максим взял пустую пластиковую бутылку, подбросив ее в воздух. Затем он легонько ударил ее верхней частью стопы, и та аккуратно приземлилась ему в руки.
- Офигеть! - ахнул явно впечатленный Антошка.
- Обязательно. Только после завтрака. Будешь ещё? - перевернув оладушек, Максим обернулся, наконец, заметив меня в дверях. - Доброе утро, спящая Красавица. Вернее, уже доброго дня, - глаза любимого вспыхнули хитрым огнём, - садись завтракать.
- Да, можно ещё! Очень вку-ф-но, - пробормотал братишка с набитым ртом, я же вздрогнула, оборачиваясь на звук открывающейся двери.
- Мама?! - брат тут же подскочил со своего места.
