Автор
В "Отличнице" читатель окунется в атмосферу жестокой борьбы за власть и выживание. Очередная история о том, как обычный человек может стать частью масштабной операции по ликвидации преступного сообщества в центре города. Атмосфера книжки наполнена мрачными тенями и стремительными действиями, где каждое слово важно для победы над обреченным на поражение противником....
А сейчас… мне уже пофиг, - пристально глядя мне в глаза.
И, не дожидаясь моего следующего вопроса, он как-то сдавленно хохотнул.
- Это все, что тебя интересует после двух месяцев игнора? Разобрался ли я с теми, кто меня подставил? Серьёзно?! - выделяя голосом слово «подставил», - Думаешь, это я их взял? Да? Чего молчишь?! - делая шаг ко мне на встречу.
Максим пугающе напряг челюсти, отчего у него под кожей зашевелились желваки.
- Я такого не говорила….
- Помнится, в прошлый наш разговор, ты спрашивала насчет своего кулона.
У меня нет никакого желания торчать тут с тобой.
Пожалуй, это и было главным ответом.
- К Лене торопишься? - мой голос жалобно дрогнул.
- Полагаю, я уже могу перед тобой не отчитываться? - снисходительно улыбаясь.
- Максим, может встретимся как-нибудь вдвоем и спокойно поговорим? - всё ещё цепляясь за призрачно-ускользающую надежду искренне объясниться.
Повисла гнетущая тишина.
Леднёв отвел взгляд, некоторое время глядя куда-то сквозь меня. После чего, снова посмотрев мне в глаза, торопливо, будто в самом деле спешит, заговорил.
- Какой в этом смысл, Роза, если ты мне не доверяешь? Встречаться с девчонкой, которая подозревает тебя в краже ее драгоценностей, да и в целом в воровстве, - нервный и какой-то обреченный смешок, - Ну, такое… - его взгляд скользнул к моим губам, и внезапно что-то в нем переменилось, - Хотя, если ты всё-таки настаиваешь, я открыт для любых предложений.
Развернувшись, Максим покинул комнату.
Сделав несколько шагов вперед, я со всей силы пнула ножку стула, впрочем, вскоре обессиленно на него опустившись. Я задыхалась от отчаяния и боли.
Несмотря на говорившую в нем обиду и задетую гордость, до меня вдруг отчетливо дошло, что он ни в чем не виноват.
Максим Леднёв ни при каком раскладе не мог взять мой медальон.
Как бы там ни было, я обязана была сказать Леднёву, что ни в чем его не виню. Немного успокоившись, я вернулась в переполненную гостиную, пытаясь среди дрыгающейся разношерстной публики отыскать Максима.
Правда, снова столкнулась с Дроновым, на этот раз сжимавшим бутылку шампанского.
