Собираться обратно он пока не спешил, хотя сквозь красную подсветку зала, начали пробиваться три едва заметных луча, бивших в центр голограммы.
Что-то типа проекторов, пытавшихся ее починить. Я тут же определил источники — два под потолком, а третий в стене, спрятанные среди узлов и светящихся линий.
Прицелился, замычав от боли — второй луч добрался до лопатки, и выстрелил. По очереди в каждый и обратно. С многократными контрольными, так чтобы с запасом по области и гарантией, что пробью не только покрытие, но и блоки внутри.
И, кажется, сработало! Голограмма исчезла, а лазерные лучи хоть и не погасли, но прекратили расти. Я поудобнее перехватил спота и перезарядил крафткомпакт. Попытался еще хотя бы на сантиметр отодвинуться от лазеров, пробивших броню, и чуть не рухнул на те, что торчали из пола.
— Боб, как там Татьяна? — спросил я, пытаясь прощупать ее пульс.
— Кажется, уснула, — неуверенно сказал Роберт. — Показания монитора, как у младенца. Фиксирует глубокую фазу сна. Так вообще бывает?
— В Мерзлоте, похоже, все бывает, — я отпустил Танину руку. — Не буди, пусть отдохнет.
— Немного стеснен в пространстве, — я усмехнулся.
— Алекс, прием, — в радиоканале раздался голос Хоук. — Мы на месте, но здесь ничего нет. Пара камней и куча снега. Ты точные координаты скинул?
— Точные, просто вход скрылся уже. Дайте мне немного времени, если сам не справлюсь, то возвращайтесь за бурильной установкой и взрывчаткой. Будете меня откапывать.
— Странно, но ладно, — ответила Хоук. — Здесь ещ твой воздушный шарик носится как угорелый. Что с ним делать?
— Следите, Искорка может помочь проход взломать.
Закончив разговор, попробовал достучаться до Искорки. Получилось это сделать только через шлем — Оридж хоть и был к ней в тысячу раз ближе, но контакт отсутствовал полностью. Получается, что победа над голограммой лишь остановила охранную систему и излучатель, но ни маскировку, ни глушилку не затронуло. И что мне это дает?
Активировал сканер и по новой, сантиметр за сантиметром изучил все поверхности. В разбитых «проекторах» появились остаточные следы энергии, плюс серая зона, где я до этого предположил двери, но главное — узлы энергетической платы на стенах теперь определялись как механизмы.
Я тут же выстрелил в пол, в точку, расположенную в паре сантиметров от основания лазерного луча. Покрытие треснуло, а луч исчез! Чтобы убедиться, что метод огнестрельного тыка работает, перебил еще девять лучей.
