Из-за ледяного хребта появились Ган, а затем Тень, и уже виднелась правая рука Вируса.
Просигналила система. Странно, сканер не показывал никаких объектов в пределах названного радиуса. Никаких объектов на земле.
А вот в небе, на самом краю наползающих друг на друга туч, летело нечто, очень напоминающее огромную стрекозу. Прозрачные лопасти-крылья по бокам торпедовидного корпуса и большая голова, вполне вмещающая в себя оператора.
Ни одного сигнального огня. Словно аппарат хотел слиться с окружающей обстановкой или раствориться в серых облаках. Держался он вполне уверенно, то чуть вырываясь вперед из тучи, то поднимаясь выше снежного фронта.
Повторно запросил данные сканера, но объект так и остался неопознанным. Эх, не хватает Дженерикам Искорки даже с ее кривой базой-данных.
Будь она здесь, скорее всего, надпись была бы в духе: обнаружен механоид летающего типа. А потом бы еще точнее добавила, через сколько нас обнаружат. А, соответственно, и похерят нам весь план незаметного вторжения.
— Оно нас видит? — спросил Ган, задирая голову вверх.
— Если еще не увидел, то скоро засечет, — ответил я. — Прячемся!
— Но куда? Ни одной пещеры. Мы будем видны на поверхности этой горы, как только он вылетит из-за туч, — включился в разговор Вирус.
— К тому не факт, что эта штука только разведывает, может, еще и убивает, — предположил Ган.
Меж тем обтекаемый нос разведывательного дрона уже высунулся из-за тучи. Что-то блеснуло в воздухе, словно луч лазерной указки начал шарить по поверхности скалы. Пробился через падающий снег метрах в ста от нас и начал нарезать круги по скале. Сужаться, прощупывая местность.
— Сваливаем вниз! В расщелину! — прошептал я, отцепляясь от скалы.
В ушах засвистел налетевший порыв ветра. Тяжелый, ощутимый, будто стремившийся придать ускорения нашему падению. Хотя и так рухнули, будто четыре каменных солдатика. Рухнули и нырнули в мешанину из старых костей, снега и ледяной крошки.
Во все стороны брызнул снег, а мы начали погружаться в рыхлую субстанцию. Подо мной что-то хрустело, но тело Дженерика вязло все глубже и глубже. Практически сразу перестал видеть небо и летающего механоида, а потом и вовсе свет пропал.
То, из чего местные «уховертки» строили свой дом, приняло нас как родных, мягко, без болевых ощущений. Но и отпускать, похоже, не собиралось. «Стройматериалы» явно были подкреплены каким-то природным клейким раствором. К броне не липло, но там, где мы пролетели, уже все стянулось обратно.
