По крышке панциря. Толстый шип треснул, с него слетела ледяная корка, обнажив скайкрафтовое основание.
Перезарядился. Прицелился, но на этот раз еще хуже. Скачки целика шатало уже не по морде, а чуть ли не за пределами панциря.
— Понял, сам тогда сломаю, — я мысленно закатал рукава и провалился в настройки пантгана.
Шустро перелопатил половину опций и, наконец, нашел нужную. Трижды пришлось подтвердить системе, что я действительно хочу отключить автоматику и перевестись в ручной режим.
И когда, наконец, это произошло, я буквально физически ощутил, как потяжелела пушка. Что я там говорил про человеческое тело и стрельбу с рук? Вот примерно то же самое я сейчас и чувствовал.
С трудом, будто система обиделась и специально сопротивлялась, навел пантган в центр механоида. Прицелился, взяв небольшое упреждение с расчетом на движение, и потянул спуск.
Шарахнуло сразу же. Меня в плечо, причем с такой силой, что Ориджа чуть не развернуло, а в кресле я вообще наотмашь сбил остывшую чашку кофе. Чашка вдребезги, зато кофейный аромат перебил вонь от трупов «птеров», забивших датчики.
Дождался нужного момента, поймав механоида в момент перестановки лап.
Помассировал ноющее плечо.
— Да твою же-то мать! — не успев выстрелить, я с криком активировал все защитные щиты, которые у меня были, причем постарался и пантган прикрыть.
Если бы не он, я уже, скорее всего, сиганул бы со стены. На «морде» механоида, наконец, включалась пушка. Во «лбу» громадины появилось свечение, потом вспышка и в мою сторону полетел ярко-оранжевый росчерк.
Не знаю, что это было — плазма, лазер, ЭМи, все вместе или еще какая-то неведомая «зверушка» фоггеров, но от нее отшатнулись даже, бегущие впереди монстры. А те, кто не отшатнулся, остались наполовину обгоревшими — кому-то срезало спину, оголив позвоночник, кому-то бока, вывалив на снег остатки ребер.
А потом стена подо мной содрогнулась. Бетон, на который я опирался, буквально выбило из-под ног. Показалось, что воздух вокруг закипел, втянувшись в место удара, а потом со свистом разлетелся обратно. А за ним полетели камни и осколки. В ушах зазвенело, а картинка с визора начала дрожать, будто я помехи в эфире словил.
Но я все еще был жив! Синхронизация активна, а показатели Ориджа хоть и просели наполовину, но вполне функционировали. Визги системы я не слышал только потому, что я вообще ничего не слышал.
— Охренеть, только не говори, что у тебя тоже есть защита против наведения, — промычал я, пытаясь понять, где Искорка.
