Голос еще говорить не закончил, а дверь в «купе» вздрогнула и начала закрываться. Я только и успел, что ногу поставить, которая тут же поехала в сторону. Неслабые у них здесь приводы, так и защемить может.
Я навалился плечом, с трудом, но расширил проход и вывалился в коридор. Столкнулся с тем самым очкариком, которого наблюдал за окном — потный, взмыленный, а взгляд безумный и очень напуганный. На меня он даже не посмотрел, оттолкнулся, буквально скатившись по броне, и начал долбиться в закрытую дверь сейф-зоны.
Понял, что опоздал, взвыл и, подорвавшись, помчал дальше по коридору. Удивительная прыть, все произошло буквально за секунду, будто он на «рывках» все это проделал. А на меня так и не взглянул.
Уже в следующий миг стало понятно почему. В коридоре послышался цокот и из-за поворота выскочили две многоножки. Две плоских длинных твари неслись по стенам, обгоняя друг друга. Хитиновые панцири отливали голубым оттенком, на ногах болтались какие-то датчики-браслеты, а клыки, вроде даже были сточены.
Но менее опасными это их не делало."
"Эти на меня уже обратили внимание. Но, похоже, сделали правильные выводы. Стремительно перескочили на потолок и пронеслись мимо, догонять очкарика.
Правильное решение! И мне пора поторопиться…
Я проскочил обратно, пробежал «перекресток», отметив, что лифт снова заработал, и вернулся в лаборатории. А потом (уже осторожно) вошел в коридор с клетками. Как и ожидалось — все двери были открыты.
Камеры «беззубика» и остальных «синих» были пустыми, а дальше разглядывать было уже некогда.
Дорогу перегородила здоровенная «гусеница», лишь частично выпавшая из своей камеры. Эта, даже если захочет свинтить мимо меня, тупо на потолок взобраться не сможет. Некогда круглая и рыхлая хрень, сложилась почти в квадрат, заполнив весь проход. Наконец, появился и хвост, загнувшись почти к самому потолку.
Я выхватил скаутган, но выстрелить не успел. Туша вдруг затряслась и издала истошный вопль, будто ее на куски режут.
А, не… реально режут!
Грудь монстра дернулась и порвалась, а изнутри появился острый серпообразный коготь. Потом второй. А когда небольшая рваная ранка превратилась в длинный открывшийся шов, из желчно-кровавого месива, появилась голова монстра поменьше. По той половине, что уже пробралась сквозь тело «гусеницы» я бы сказал, что это какой-то подвид богомола. Верхушка точно, может, только более приплюснутый и вытянутый.
