Воздух в мегаполисе стал насыщенным и немного странным — как будто все окна были открыты для обмена энергией с чужими планетами. Я вышел из здания арены, и первое что увидел — это не люди, а странные существа в тяжелых костюмах. Мир вокруг начал медленно превращаться в другое место, где законы обычного общества уже давно отступили на второй план....
Первый выстрел в затылок, второй в висок дернувшемуся дроиду и третий, считай, контрольный туда же.
Энергии добавили столько же, а вот опыта пришло меньше. Либо я расту, либо этот неумеха какой-то был. Зато и пилюлей (которые Искорка определила как набор резервной помощи — и подлечиться, и патроны создать) и самих патронов было больше. Вот только калибр уже не мой.
Спрыгнул с крыши и бросился к аварийному складу. Пусть немного энергии съелось на амортизацию, но и быстрее так, и снова на замерзшие останки людей смотреть не хотелось.
Охранный замок на двери шлюза не работал. Я напряг Ориджа и приподнял дверь. Пригнулся и пролез в узкое отверстие между дверью и полом. Услышал, как тяжелая махина с резким ударом опустилась на землю за моей спиной. Пробежал по темному коридору, толкнул следующую дверь и оказался в помещении, посередине которого располагался люк круглой формы.
Отодвинул крышку. Передо мной был глубокий колодец и винтовая лестница на самом его краю. Искорка тут же выдала проекцию.
Я начал быстро спускаться, иногда перемахивая через несколько ступенек. Наконец, спрыгнул на землю. Вдоль одной из стен стоял большой закрытый шкаф. Оторвал дверцу вместе с замком и уставился на десятки кнопок, индикаторов и рукояток. Чертов, прошлый век! Со времен основания Бонневиля что ли не меняли?
Прикинул, что больше всего подходит на кнопку включения. Вдавил.
Еле слышный щелчок, и на блоке замигали зеленые и красные индикаторы.
Теперь рубильники — все подписаны, но обозначения условные. Соответствуют разным районам города.Разбираться, в каком Эбби было некогда, поэтому начал проталкивать все. До щелчка и индикатора, который загорался зеленым. В окутывающей меня тишине раздался треск, а потом двигатель, где-то в глубине шкафа, начал вращаться, издавая ровный и протяжный гул. На небольшом экранчике лесенкой загорелись полоски. Добрались примерно до середины, но с каждым новым рубильником начали отступать обратно.
Я метнулся к двери с надписью «СКЛАД», опять же, без нежностей высадил дверь. И с ближайшей полки подхватил три компактных ранца БКМ-5 — этакая смесь грелки и баллона с воздухом, рассчитанная на час. Убедился, что они полные и работоспособные, и бросился наверх.
Выскочил на улицу, загрузился на «вдоводела», соорудив из ранцев что-то типа седельных сумок по бокам байка.
