Среди разгульного города в ранние утренние часы, где лед и талый снег покрывают городскую землю дрожащими шрамами. Над головой клубится мрачное небо, пропуская лишь единичные снежинки. Отмороженные лица, пьяные голоса — всего лишь одна сторона этого дня, где царит дух беспринципного веселья. Встречаются и криминальная интрига, подспудное движение и непонятные связи. Это "Отморозок 2", где атмосфера ожидания невероятных событий витает над всеми....
Через некоторое время, в комнату заглянул молодой подтянутый парень.
— Ты ее проводил?
— Да — кивнул парень
— Найди сегодня Нукзара и скажи ему, чтобы он Марине больше не приближался вообще. Скажи ему, что я так сказал.
— А если он начнет возражать?
— Пусть только попробует — мужчина за столом хищно блеснул глазами — здесь, в этом городе, я хозяин. Если Нукзар этого не хочет признавать, у рынка появится новый смотрящий. Намекни ему на это. Марина мне нужна намного больше чем он. Она закрывает мне такие вопросы, какие этот напыщенный индюк никогда не решит.
— Все понял, сделаю.
— Да, и еще, потом, по-тихому, поговори с Рыбой из его людей, пусть передаст братве, что я буду очень недоволен, если они станут чинить козни Марине, несмотря на мой запрет. Пусть они все знают, что Марина для них табу.
Глава 5
Мы все втроем: Козлов, Бероев и я, под сдавленные смешки Лены Кузнецовой, Наташи Яковлевой и Ани Саркисян, взявшись перекрестно за руки, пытаемся изобразить танец маленьких лебедей. Словно молодые козлики, а никак не лебеди, мы под музыку Чайковского, звучащую из катушечного магнитофона, стоящего на краю сцены, вразнобой скачем на носочках, тщетно пытаясь попасть в такт.
— Так, вы опять все завалили! — кричит нам химичка из первого ряда, она у нас режиссер и постановщик номера в одном лице. И сейчас, она просто вне себя от злости.
— Козлов ты чего скачешь по сцене как козел в огород за капустой? Запомни ты лебедь! Ле-е-бедь. Тяни носочек, ты же боксер, а не штангист и должен уметь прыгать на носочках.
Мы, не разжимая рук, отходим назад, за занавес и, наверное, уже в двадцатый раз, пытаемся выполнить под музыку совместный выход на сцену боком. И все равно, проскакав буквально несколько шагов, снова сбиваемся с такта."
"— Костылев, ну ты посмотри на себя. Что ты делаешь со своими ногами? Ты на них как на ходулях ходишь. Они у тебя, что совсем не гнутся в коленках? Плавней, плавней надо, слушай музыку и не косись на Кузнецову.
— Пам — пам — пам —пам— парарам — пам — пам. Пам — пам — пам —пам— парарам — пам — пам. Пам — пам — пам —пам. Пам — пам — пам —пам.
Харитоша отбивает такт рукой, и надрываясь, напевает своим хриплым голосом вслух, пытаясь заставить нас хоть так, попадать ногами в такт музыке.
— Все бездари, на сегодня хватит.
