Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
Сначала мы должны доказать, что мы это реальная сила, с которой нужно считаться, а не трава гнущаяся под непреодолимой мощью ветра.
Наряд по роте, видя наше численное преимущество, после переговоров предпочел не связываться с нами, и дав связать себе руки запереть в каптерке. Если что у них будет оправдание что духов было больше и они навалились всем скопом. Штык-нож, находившийся у дневального, те благоразумно спрятали в ленинской комнате, за ящиками с подшивками газет, чтобы потом забрать когда все закончится.
* * *Глядя прямо перед собой расфокусированным взглядом, сижу на своей койке и считаю вдохи и выдохи, опустошая голову от посторонних мыслей. Ко мне подошел мускулистый парень, на вид немного старше двадцати лет. Это один из присоединившихся к нам местных «духов».
— Не помешаю? — Спрашивает он, присаживаясь рядом.
— Нет, — качаю головой, хотя для меня лучше было бы сейчас настроиться на предстоящую схватку. Но, с другой стороны, я вроде как лидер местного сопротивления, поэтому важнее поддерживать боевой дух среди своих сторонников.
— Эдик Ханикаев, — он протягивает мне руку. — Призвался этой весной из Ставрополя."
"— Юра Костылев, — жму его руку, — Я сам из Энска, но призывался из Москвы.
— Москвичей здесь не любят — усмехнулся Эдик, сообщая давно избитую истину.
— А мне как-то по барабану, — пожал плечами я.
— Мне тоже, — с усмешкой отвечает он. — Лично у меня нет предрассудков по поводу москвичей.
— Ну вот и хорошо. Ты же вроде постарше остальных будешь? — Интересуюсь я.
— Мне двадцать один. У меня была отсрочка по семейным обстоятельствам, поэтом и загребли на три года позже. — Поясняет он, — Что дальше делать думаешь?
— Бороться. — коротко отвечаю я.
— Идейный борец против дедовщины? — насмешливо поднимает бровь Эдик.
— А хотя бы и так — пожимаю плечами. — Ты против?
— Я лично нет, но все не так просто. Я здесь уже три недели и немного успел присмотреться. Это уже давно сложившаяся система, — качает головой Эдик. — Она выстраивалась годами.
— И что ты предлагаешь? — Смотрю ему в глаза.
