Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
— Не менжуйся, просто на все вопросы говори, что ничего не знаешь и ничего не видел. Ничего они тебе не сделают.
Он благодарно посмотрел на меня и, пройдя по коридору, осторожно постучал в дверь.
* * *После обеда меня вызвал к себе взводный.
— Слушай Костылев, есть у меня к тебе дело. — Сразу беря быка за рога, сказал мне Приходько. — Ты что-нибудь в строительстве понимаешь? Конечно, странно такое спрашивать военно-строительной части, но ты сам, наверное, заметил какой у нас тут контингент, сплошь одни чурки и прочие чучмеки из аулов, которые и по русски-то плохо понимают, не то, что в строительном деле.
— Так точно, товарищ прапорщик, заметил, — подтверждаю я.
— Давай наедине без официоза, — машет мне рукой прапорщик. — Когда рядом никого, можешь меня просто по имени отчеству Романом Александровичем звать. Ты я вижу парень нормальный, и пользуешься авторитетом среди товарищей.
— Понял, Роман Александрович — киваю прапорщику.
— Так, что по строительству? Умеешь хоть что-нибудь? — Снова спрашивает меня он.
"— Понимаю немного. Могу штукатурить, могу плитку класть, по малярке немного понимаю, по электрике чуток смыслю, ну и по сантехнике тоже. В общем, во всем этом что-то могу, но не сказать что профи. — Сообщаю я, видя как при каждом моем перечисленном умении, улыбка на лице прапора становиться все шире и шире.
— Дорогой ты мой человечище, — крепко облапил он меня, отбросив в сторону субординацию. — Как же мне тут тебя не хватало. У меня сейчас срочный объект горит, а работать некому, либо белоручки, которые мастерок от шпателя не отличают, либо чучмеки, которым только бетон месить можно доверить, и то, в оба глаза приглядывать надо.
— Так я тоже вроде не профессиональный строитель, так самоучка, — Осторожно вставил я, опасаясь, что взводный раздавит меня в своих медвежьих объятиях.
— Да среди наших олухов и это за радость, — ответил Приходько, разжимая медвежье объятия. — С тобой вчера люди из учебки прибыли, вижу что они за тебя горой стоят, а как они в смысле работы?
— Не знаю, но думаю, что будут работать нормально, поспрашиваю сегодня, кто на что горазд, — пожимаю плечами.
— Вот и хорошо, — так просиял взводный. — Я прямо сегодня вечером вывезу вас на объект. Это после ударно проведенного вами утра, будет даже к лучшему. Месяц- полтора там покантуетесь, пока все не закончите, а там, глядишь, и тут все устаканится. Ну и я тебя по возвращении поддержку окажу, если оправдаешь мое доверие.
