Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
— И что с твоим Юрой? Он же, насколько я помню, в армию ушел весной.
— Ушел деда, ушел. — Подтвердила Вика не отводя от собеседника пристального взгляда — Вот только как-то странно он ушел.
— Так внучка, — покачал головой дед. — Нечего тут вокруг да около ходить. Ты что, разучилась связно свои мысли излагать? Говори четко и понятно, что не так с твоим Юрой?
— Все не так, дедушка. Я, наконец, узнала в какие войска он попал. Так вот, Юра которому по его физическим и умственным данным, надо бы попасть по хорошему в десант, или к вам в СпН, а на худой конец в спортроту любого другого рода войск, почему-то оказался в самом заштатном стройбате где-то в астраханских степях.
— Погоди внучка, — покачал головой дед.
— Знаю я, как ты на пенсии сидишь, — покачала головой Вика — Думаешь, я не вижу, что к тебе твой Степаныч постоянно сюда шастает, или ты к нему в управление захаживаешь? Так то ты отошел от дел?
— Кажется я знаю откуда ноги растут у твоей излишней осведомленности, — сдвинул брови дед. — Кто-то очень болтливый у меня сегодня будет наказан внеочередным нарядом на кухню.
— Ой напугал деда, — прыснула смехом Вика. — Бабуля и так с кухни не выходит, все готовит и консервацию на зиму закрывает.
— Нет, я на такое не согласен, — признавая поражение поднял руки Виктор Петрович, — в моем возрасте, и с моим желудком, такие эксперименты строго противопоказаны.
— Ладно деда, давай серьезно, — Вика снова убрала улыбку с лица.
