Я стоял перед Виктором Петровичем в форме генералов и готовился принять важное решение: быть открытым или продолжать игнорировать свои секреты. Открываться означает рисковать, но при этом открывать новые горизонты возможностей. Не раскрываться - значит сохранить неприкосновенность, но может обернуться ценой в будущем....
Сидя за столиком на нижней боковой полке, он чего-то невнятно мычит своему собеседнику, который положил голову на столик и спокойно дрыхнет, не слушая бессвязную речь рыжего.
Внизу, прямо подомной, болтают еще несколько парней, с которыми волей судьбы мне предстоит провести несколько месяцев в учебке. Парни уже прилично выпили, приговорив несколько бутылок припасенного на дорогу портвейна, и теперь кое-кого из них несет. Языки у всех развязались, разговоры стали громкими, мне наверху слышно все так, как будто я сам сижу в этой компании.
Громче всех разговаривает Сергей Карасев — здоровенный битюг с большими сильными руками и сильно порченными кариесом зубами. Он еще в военкомате, когда нас «отдали» «покупателю» прибывшему в столицу откуда то из Астраханской области, захотел взять на себя функции лидера нашей команды, пытаясь сбить под себя компанию. Я сразу показал ему, что мне не интересно сбиваться в кучу ни под чьим лидерством. Впрочем, и сам я пока не претендую на роль лидера. Рано еще, надо присмотреться к ребятам, кто из них чего стоит.
К Карасеву все же прибилась парочка крепеньких призывников решивших, что в компании с этим здоровяком им будет легче выбить себе место под солнцем в новом незнакомом и пугающем мире.
— Москвичей нигде не любят, — со знанием дела втолковывает Карасев сидящим рядом пацанам. — В учебке нам надо держаться всем вместе. Тогда мы будем силой, и никто не сможет нас припахать или заставить что-то делать.
— За учебку нечего париться, там все фигня, — послышался голос высокого белобрысого уверенного в себе парня, которого, кажись, зовут Виктор Романов.
