В высотных кабинетах университета парень с русыми волосами и выдающейся улыбкой наблюдает за миром из безопасного ракурса. За пределами окон раскинулась парковка, напоминающая зеркало жизни: автомобили разных цветов и модификаций, как живые существа в симуляторе. Стоит этот хмурик на своем черном Мазде, оторванный от пыли и шума учебного заведения....
Прошлый админ ушла в декрет, а с поисками нового возникли определенные проблемы. Сейчас это чудище нового подберет, в курс дела введет, обучит и обратно на свою мойку ноги сделает. А свою подработку она никогда не афиширует. Дем уже ясно показал, что в таких ситуациях думают сторонние наблюдатели.
— Был не прав, — задумчиво отозвался Исаев, переваривая новую для себя информацию, показавшую знакомую, казалось бы, рыжую оторву абсолютно с новой, иной стороны. Но больше всех его пока озадачивала одна вещь…
В досье Солнцевой не было ничего из вышеизложенного, в том числе ни слова о другом ее месте работы, образовании и столь интересных знакомствах.
Но только вот кто?
— Михаил Александрович! — цокая каблучками, в комнату влетела разгневанная девушка… рыжая. Несколько человек чуть одновременно не подавились. Исаев сначала подумал было, что к ним на огонек заглянула та самая вышеупомянутая личность, но почти разу парень понял, насколько он ошибся.
Беспардонно вломившаяся в их уединение девушка меньше всего походила на забавную, язвительную оторвочку. Высокий рост, все параметры тела, соответствующие модельным стандартам, длинные прямые волосы яркого морковного оттенка, бронзовая от загара кожа… Весьма неплохо, но не то.
Шевелюра Солнцевой же выглядела более естественно, переливаясь всеми оттенками, от золотисто-рыжего до глубокого медного.
— Что случилось, Катя? — изумленно вскинул брови озадаченный Лександрыч, меньше всего ожидавший появления стажерки, да еще и при гостях.
— Михаил Александрович, простите, я хотела ее остановить, но… — позади рыжей неловко переминалась с ноги на ногу его Ариша.
— Ничего страшного, — махнул рукой Михаил, указав официантке на дверь кивком головы.
— Ваша рыжая… оторва! — выругалась высоченная девица, явно пытаясь удержаться от более крепкого словца.
