В высотных кабинетах университета парень с русыми волосами и выдающейся улыбкой наблюдает за миром из безопасного ракурса. За пределами окон раскинулась парковка, напоминающая зеркало жизни: автомобили разных цветов и модификаций, как живые существа в симуляторе. Стоит этот хмурик на своем черном Мазде, оторванный от пыли и шума учебного заведения....
Она мне показалась слишком грязной.
— В таком случае, — тон подошедшего физрука был еще холодней воды, что меня окатили. И я даже не сразу вспомнила, что хуже преподавателя, что вел физподготовку у нашего потока, был только бывший майор СОБРа, что вел те же занятия у одногруппников Игорька, — Попрошу занять свое место на матах, студент Исаев.
— Но…
— Немедленно.
И вот тут я вздрогнула, ощутив кожей всего тела по-настоящему арктический холод. Так говорить надо уметь, да… Ту не поможет не выдержка, ни желание, ни ненависть.
Все, кроме меня и моего врага, который пусть еще совсем недавно, но уже надежно и безвозвратно стал таковым.
— У меня мокрая форма, — все-таки вставил свои пять копеек Исаев, вскинув брови, глядя на своего преподавателя.
Ибо вышеупомянутый студент был действительно мокрым. Ну как, мокрым?
Кожа моей косухи была хорошей, хоть и недорогой. Ее водонепроницаемость была проверена временем, а специальный крем, который я исправно наносила время от времени, позволял любой жидкости стекать с куртки, аки с гуся вода. И в то время, когда эта нехристь обыкновенная, ни разу не воспитанная, полоскала меня под душем, сильный напор сыграл с ним злую шутку.
Не выдержав, я тихо хрюкнула, не обращая внимания на то, что сама выгляжу как мышь после потопа.
Ведь для тех, кто не знал всей ситуации, мокрые штаны Исаева выглядели ну очень красноречиво! Как у трехлетнего ребенка, который до горшка не добежал.
— Ты это, — надув щеки, чтобы удержать смех, все-таки не выдержала и громко прыснула, — Перепугался что ли, часом? Так ты не бойся, не заболею я.
— Заткнись, — оборвал меня парень, смерив уничтожаем взглядом и, сунув руку в карман, спокойно направился в сторону раздевалки, — Я переоденусь и вернусь в зал.
— Нет, — ровный тон и одно-единственное слово заставило его остановиться на полпути, — В зал. Живо. Меня не волнуют твои проблемы.
