Начало отпуска на галактическом острове — мирное место для тех, кто предпочитает тишину космического пространства. Лорелин оказалась среди удивительного спектра вечерних красок: огромная чаша сладкого попкорна и тишина космических пространств, где отпуск несет в себе упоение первых минут....
Но в системе есть запись лишь о синтетически-синтезированном белковом рационе.
— А что будет, если сунуть руку в аквариум? Ее можно гладить?
Откуда этот ребенок свалился? Из контактного зоопарка? Как он собрался гладить зубастую дрянь? Зачем? Но радует уже то, что херес, похоже, не проявлял никаких признаков агрессии или растерянности. Хотя вид ребенка его явно теперь интересовал куда больше, чем то, что внутри аквариума. Теперь именно ребенок был объектом его восхищенного изучающего взгляда.
На этот раз Зэро думал дольше.
— Он испугается и уплывет. Он боится людей. Его слишком часто били шоковыми дубинками.
— Круто! — Мальчишка аж подпрыгнул, словно информация про шоковые дубинки для него не дошла, но оно и к лучшему. — А пошлите вы мне про черепах прочитаете?! Я сам не могу, а няня не хочет!
Ребенок настойчиво схватил Зэро за рукав рубашки и повел в сторону. Херес даже не сопротивлялся, послушно следуя за интересующим его объектом. Они остановились у нового аквариума, на этот раз поменьше, и продолжили о чем-то разговаривать, но отсюда уже было слышно плохо.
— Что ты там говорила про искусственный интеллект с доступом ко всей вселенской информации у него в мозгу? Или нет, в языке? Как думаешь, если поймать еще одного хереса, у него будет такая же штука? Возможно ли будет ее перепрограммировать и вживить человеку? — тем временем рассуждал пират.
— Да ну тебя, — отмахнулась. — Я переживала за ребенка, Зэро их не видел. Мало ли как среагировал бы на внешний раздражитель. Потом бы не отмылись, а тебе нужна галактическая полиция на хвосте? Мне вот нет. И без нее проблем хватает. А про дрянь в языке понятия не имею. Зэро сказал, она сдохнет, если ее достать, так что я решила оставить.
Поправила уже поднадоевшее платье.
