Начало отпуска на галактическом острове — мирное место для тех, кто предпочитает тишину космического пространства. Лорелин оказалась среди удивительного спектра вечерних красок: огромная чаша сладкого попкорна и тишина космических пространств, где отпуск несет в себе упоение первых минут....
Только вот кем эту махину вписать, сыночкой? Да там на первом же посту спросят: а почему у тебя такие большие… глазки, — заржал пират.
Я задумалась. Нет, тут нельзя облажаться. Все должно быть максимально достоверно. Покрутила мысль так и эдак…
— Можно слетать на систему Кронус. Там приняты полигамные браки, — предложила как вариант. Гулять так гулять. Мне уже терять нечего. Кроме жизни. А она мне ценна. Следовательно, остальное имеет меньшее значение.
— Оп-па, генеральша. А ты любишь пошиковать, — поднял одну бровь мужчина.
— А чего мелочиться? — подмигнула. — Ребенка мне уже предлагали сделать, квентонитом поухаживали, так что за хереса я уже, считай, согласна выйти хоть сейчас. А вот от тебя, Марсик, я даже скучного чахлого цветочка не дождалась. Только угрозы.
— О, то есть мой шикарный корабль и полностью новая личность уже не считаются? — возмутился пират, явно больше наигранно.
— Не считаются, там стечение обстоятельств такое было, что тебе пришлось подарить и корабль, и все прочее.
— Запросы у тебя, конечно, конские, женщина. — Он покачал головой, но смотрел, скорее, с любопытством и откровенным интересом.
— А то! — Я встала и достала подаренный мне метеорит, доставая оттуда сверкающий гранями квентонит, покрутив его в пальцах так и эдак. Все это было максимально забавно.
Пират смотрел на мой камушек жадным взглядом. Да. Редкость та еще. Дорогая. Даже на черном рынке можно выручить хорошую сумму…
— Только вот никакой квентонит не позволит тебе вновь вернуться в цивилизованное общество. В отличиеот меня. Ну, как тебе «подарок»?
— Отвратительный, — созналась, пряча свое богатство. — Когда на кону была твоя жизнь, торговался ты намного веселее.
— Все зависит от ситуации. Главное — выжить, а потом уже можно вести дела. И согласись, я добился своего… жена моя. — Пират по-хозяйски сложил одну ногу на другую, развалившись еще свободнее на моем бедном диванчике, проводив взглядом пингвиний подарок и явно прицениваясь.
— Это мы еще посмотрим, — пожала плечами, переключая все внимание на притихшего хереса на другом конце дивана.
