Судя по перекошенной физиономии, ты меня скорее за волосы через буш потащишь, чем на руки возьмешь…
Пелевин ничего не ответил, тяжко вздохнул и, махнув рукой, отошел в сторонку.
— Вот так всегда, — с притворным сожалением вздохнула девушка. — Не дослушают до конца и сразу дуться.
Видя, что после ее заявлений никаких репрессий не последовало, она умильно улыбнулась:
— Ну куда же вы, Алексей! Как девушка, я конечно же предпочитаю первый вариант, то есть путешествие на ваших, надеюсь, крепких руках!
Показывая всем видом, что он уже абсолютно ничего не понимает в женской психологии, траппер удрученно вздохнул и подхватил девушку на руки. Бирюш, кинув на хозяина торжествующий взгляд, мол, и тебя не миновала чаща сия, уже привычным движением забросил Фею себе на спину и потрусил вперед.
— Ой! Алексей! — радостно щебетала Полина, вцепившись в куртку охотника двумя руками. — А мне нравится! Давай ты и дальше будешь носить меня на руках?!
— Черта с два! — тяжело хрипя, сплюнул вязкую слюну Пелевин. — До фактории дотяну, а дальше ножками, ножками. Слава богу, не больше мили осталось…
— Ты хоть не врешь, — продолжала весело разглагольствовать девушка. — Иные до храма обещают всю жизнь на руках носить, а потом бедная жена не знает, куда от мужниных кулаков спрятаться. А те, кто не бьет, дальше песен не двигаются. Жена батрачит, а они знай себе поют: «Любимая! Я подарю тебе эту звезду…»
От неожиданности Пелевин сбился с шага и чуть не уронил Полину на землю.
— Кто любимая? — испуганно вытаращился он на девушку. — Где?
— А ты что, имеешь громадный выбор кандидатур? — Полина, вывернув голову и прищурив глаз, ехидно взглянула на ошарашенную физиономию траппера. — Ты, конечно, можешь попытаться повести под венец Фею, но вряд ли церковь одобрит этот брак…
— И откуда столь обширные познания о замужестве? — язвительно откашлялся Алексей. — Имеешь опыт? Первый муж скончался от отравления твоим ядом, второй был зарезан бритвенно-острым язычком, а третий попросту удавился?
— Ты не устал меня тащить? — проигнорировав подначку, поинтересовалась Полина. — Может, передохнешь?
— Отдо́хнем, как сдо́хнем, — загнанно прохрипел траппер. — Во-о-он до того холмика дотопаем, а там и фактория.
Глава третья
21 февраля 1900 года. Торговая фактория Коули
Столь вожделенная фактория мало напоминала Полине знакомые по Франции и Алжиру магазины, больше походя на своих североамериканских товарок из романов Купера. Три громоздких блокгауза, срубленные из массивных бревен и обнесенные двухметровым частоколом с тяжелыми воротами, вызывали ассоциацию скорее с фортом на индейских территориях, чем со скромной лавкой одинокого торговца.