Вот описание для сайта-библиотеки: Начав как детская хобби – сбор пазлов, автор описывает стремление к структурированности и поиск порядка в жизни Даши, взрослея. В каждой фигурке отражается ее жизнь и мысли, а штормящий сквозняк символизирует хаос чувств.
И будет верхом несправедливости, если вы не подарите миру детей. Сколько можно тянуть?
– Роберт, – я улыбнулась, – у нас уже есть Рейн.
– О, нет, дорогая! Ты прекрасно поняла, что я говорил сейчас не о Рейн!
Выцепила взглядом Эдика и Рейн. Эдик что-то говорил, а Рейн смотрела на него чистым взглядом, ловя каждое слово.
– Мне уже тридцать, – вздохнула. Я почему-то считала, что время родить, для меня уже прошло.
– Это самый прекрасный возраст стать мамой, София, – произнёс Роберт.
Слова Роберта посеяли в душе то, о чём я даже и не задумывалась, но озвучить и решиться так и не смогла.
* * *Рейн, смеясь, играла в мячик с маленьким мальчиком, с которым познакомилась на пляже. Это был первый мой отпуск, который мы проводили вместе, если не считать поездку во Францию. Я научилась разделять работу и ценить время, проведённое вместе с самыми дорогими для меня людьми.
Рейн упала на коленки, чтобы поймать мяч, и кинула его своему новому знакомому. С малышами ей нравилось общаться больше, чем со своими сверстниками.
– Пинай! – скомандовала Рейн, и малыш послушно, со всей силы, на которую был способен четырёхлетний ребёнок, пнул резиновый мячик.
Только мячик полетел не в сторону Рейн, а упал на Диму, который загорал, лёжа на спине. Его глаза были закрыты, и он даже не подозревал, какая угроза летит в его сторону.
– Оу! – Дима весь сжался от неожиданности, резко открыв глаза.
Заметив испуганные лица детей, Дима бросил мяч Рейн.
– Папа, прости, – испуганно воскликнула Рейн.
Рейн долго не называла Диму папой.
– Рейн, что случилось? Ты плакала? Что-нибудь в школе? – Я очень сильно волновалась, что у неё могли возникнуть проблемы, какие были с Кристофом.
– Нет, София. В школе всё хорошо, – ответила девочка, пытаясь улыбнуться.
– Тогда почему ты плакала? – Спросила я, обняв Рейн за плечи, но она молчала. – Рейн, пожалуйста, – попросила ещё раз.
– Ты не будешь сердиться? – осторожно поинтересовалась Рейн, закусывая губу.
– Нет, конечно! – тут же пообещала ей.
– Я очень скучаю по маме. – На глаза Рейн опять навернулись слёзы. – Она мне снится, а я… – девочка уткнулась мне в грудь.
– Почему ты сразу не сказала мне или Диме?
– Не знаю. Думала, что тебе с Димой это не понравится.
– Не плачь, моя хорошая. – Я гладила по голове, пытаясь успокоить бедное дитя.
– Прости, София, вы столько для меня сделали, – всхлипывала Рейн.
