В темноте Черепа разгорается огненный шар - начало нового приключений. Каждая страница ведет к препятствиям и сюрпризам, где жизнь героев рушится и восстанавливается. Отражение зла тянется увлекательным путем, готовясь открыть тайны древних мифов и непредсказуемых поток событий....
– Как моя ученица может быть связана с нынешними событиями?
– Есть что-то, что связывает все эти звенья воедино! Только я никак не могу нащупать эту связь, и никто не хочет мне помочь. Зеркальные ведьмы, Повелитель Кукол, Красная Аббатиса, – задумчиво произнес Алекс. – А теперь и Корделия!
Его вдруг осенила странная догадка.
– Возможно ли, что Красную Аббатису интересовали три девушки, родившиеся в один день? Говорят, это подходящие условия для неких темных ритуалов. А затем две из них исчезли, а в Ост– Стингере появилась Корделия и ее банда… И вы с ними заодно!
– Что? – нахмурилась вдруг Ипполита.
Алекс вдруг почувствовал головокружение. Сначала слабое, потом оно стало сильнее. Вскоре вся комната поплыла у него перед глазами. Ипполита раздвоилась, обе старушки с одинаковой доброй улыбкой смотрели на него.
– Что происхо… – Алекс начал сползать со стула.
– Прости меня.
– За что?
– За головную боль, которая будет у тебя после пробуждения.
О, нет! Опять! Черт! Дело в этом странном чае, не иначе.
Ипполита поднялась со стула и взглянула на спящего Алекса.
– Готов, – констатировала она.
Дверь, ведущая в заднюю часть домика, отворилась, и в комнату вошла Корделия. В простом черном платье и темной накидке. Ее длинные волосы были свободно распущены по плечам.
– Наконец-то, так близко… – тихо произнесла Корделия. – И так далеко…
– Я успела хорошо рассмотреть этого мальчика. И знаешь, не замечаю особого сходства…
– Он похож на своего отца. – Корделия обхватила лицо спящего парня ладонями. – Сильно похож. Я словно вижу перед собой молодого Дмитрия. Сколько воды утекло с тех пор.
– И ты только сейчас начала задумываться об этом? – Ипполита осуждающе посмотрела на бывшую ученицу.
– Ты не понимаешь, Ипполита. В то время у меня были другие цели. Куда более масштабные и амбициозные, нежели замужество и воспитание детей. А еще меня не устраивала наша жизнь. Я не желала постоянно бояться, что меня схватят гвардейцы Императора. На Созерцателей в ту пору охотились, ты же сама помнишь.
