Ночью в Санкт-Эринбурге стучали двери телефонов и сотрясала гроза небо. Но это еще не всё: несколько ужасных событий происходили в одних пределах. Как нападения на людей, так и злодеяния под прикрытием тёмной силы. Кто же сможет выяснить, что скрывает за собой эта гроза?
– Не знаю, помнишь ли ты меня, но я – давняя приятельница твоих родителей. Состояла в директорате корпорации «Экстрополис» до тех ужасных событий.
– Здравствуйте. – Аркадий настороженно пожал Темниковой руку.
Он ее совершенно не помнил, но знал, что в совете директоров действительно была женщина с такой фамилией.
– Просто хотела выразить тебе свое почтение и запоздалые соболезнования в связи с утратой родителей, – сказала Леона. – Я рада, что ты вернулся в родной город.
– И не просто вернулся, а в качестве управляющего большой успешной компанией, – оживленно добавил Добровольский.
– Дела и правда идут хорошо, – кивнул Аркадий.
Добровольский предложил ему сесть. Леона вернулась в свое кресло, Аркадий расположился на мягком диване у стены.
– И я очень этому рад, – признался адвокат.
– Но все же немного странно видеть тебя на побегушках у других толстосумов, – заметила Леона Темникова, заинтересованно разглядывая Кривоносова. – С твоими-то корнями, ты должен единолично править этой компанией, а не быть ее управляющим.
– Дня не проходит, чтобы я не думал об этом, – тихо проговорил Аркадий. – Но «Сефира» принадлежит дальним родственникам моей матери. Поэтому я в некотором роде все же продолжаю семейное дело.
Юрий Добровольский понимающе кивнул, поправил на носу очки.
– Помнится, после приезда ты хотел пообщаться с Алексеем Корниловым, – сказал он. – Тебе удалось это сделать?"
"– Да, я был у него.
– К Корнилову?! – удивилась Леона. – К этой хитрой, изворотливой бестии?
– Да, его интересуют некоторые внутренние дела погибшей корпорации, – пояснил Добровольский. – Вопросы, на которые может ответить только этот толстяк.
– Погодите-ка, – замер Аркадий, взглянув на Темникову. – Но ведь вы тоже состояли в директорате! Значит, я могу поговорить и с вами.
– Каюсь, я совершенно забыл о Леоне, – удрученно кивнул Юрий Александрович. – Когда ты спросил о выживших членах правления, я вспомнил лишь о Корнилове. Моя большая ошибка, ты уж извини старика!
– Верно, – не стала отрицать женщина. – Так уж вышло, что мы с Корниловым – единственные, кто выжил при крушении штаб-квартиры «Экстрополиса». Но я мало что знаю, ведь бо́льшую часть времени живу в своем поместье в окрестностях Клыково.
