Ночью в Санкт-Эринбурге стучали двери телефонов и сотрясала гроза небо. Но это еще не всё: несколько ужасных событий происходили в одних пределах. Как нападения на людей, так и злодеяния под прикрытием тёмной силы. Кто же сможет выяснить, что скрывает за собой эта гроза?
Но лишь из уважения к твоему покойному папеньке…
Аркадий замялся:
– Акции «Экстрополиса»… Я слышал, что контрольный пакет сейчас принадлежит вам?
– Кто-то уже донес? – разозлился Алексей. – Ничего нельзя скрыть от этих шакалов.
– Так это правда?
– Правда! – не стал скрывать Корнилов. – Можешь назвать это ностальгией по минувшим временам. Я выкупил акции у семей погибших членов директората. Они достались мне не так дорого, ведь «Экстрополис» практически прекратил свое существование… А почему тебя это интересует?
– Я хочу возродить дело своей семьи, – сказал Аркадий.
Корнилов с сомнением взглянул на него:
– Думаешь, ты с этим справишься? Возродить корпорацию «Экстрополис»! Это тебе не шутка.
– Справлюсь! – горячо воскликнул Кривоносов. – Я уже вращаюсь в крупном бизнесе. Мне бы только заполучить акции, и я сумел бы поднять «Экстрополис».
– Какая самоуверенность! – Алексей ехидно улыбнулся. – Может, тебе известно что-то, чего не знаю я, мой мальчик?
Кривоносов заметно смутился и отвел глаза в сторону.
– Нет, ничего. Почему вы так решили?
– Просто я отлично знаю, во что выльется восстановление целой корпорации! Без огромных денежных средств тут не обойтись. А я сомневаюсь, что у тебя есть такие деньги…
Кривоносов вдруг резко вскочил на ноги:
– «Экстрополис» был основан моей семьей! Я никаких средств не пожалею, чтобы воссоздать это предприятие! Так вы продадите мне акции или нет?
– Тише, тише. Не надо так кричать, – расплылся в неприятной улыбке Корнилов.
"– А что тут думать? – спросил Аркадий. – Вы же сами признаете, что в настоящее время эти акции ничего не стоят.
– Но в любой момент все может измениться, дорогой! А я всегда привык смотреть в будущее и не принимать необдуманных решений.
– Мне нужны эти акции, – твердо повторил Аркадий.
– Акции ему подавай.
– Это ваше последнее слово?
– Да! А теперь убирайся из моего дома.
Аркадий пошатнулся и, бледный как смерть, пулей вылетел из кабинета, в коридоре едва не сбив с ног Наталью. Она испуганно отпрянула от двери – видимо, подслушивала их разговор.
– Уже уходишь? – нисколько не смутилась секретарша.
– Ухожу.
