Ночью в Санкт-Эринбурге стучали двери телефонов и сотрясала гроза небо. Но это еще не всё: несколько ужасных событий происходили в одних пределах. Как нападения на людей, так и злодеяния под прикрытием тёмной силы. Кто же сможет выяснить, что скрывает за собой эта гроза?
– Она вас ждет? – хмуро осведомился охранник.
– У нас к ней очень важный разговор, – сказала Татьяна.
Охранника ее слова не убедили. Он отстегнул от пояса рацию и забормотал в микрофон:
– Госпожа Темникова, к вам тут трое из полиции. Говорят, по важному делу.
«Из Клыково?» – прозвучал из динамика холодный женский голос.
– Нет, из Санкт-Эринбурга пожаловали, – ответил громила.
– Хмм, – задумчиво произнесла Темникова. – Ладно, пусть заходят. Проводи их в зимний сад.
Громила убрал рацию, впустил незваных гостей и запер за ними калитку.
Они пересекли широкий двор, вымощенный каменными плитами, и зашагали к величественному особняку из красного кирпича. Вдоль многочисленных садовых дорожек стояли фонари, на столбах ограды висело несколько мощных прожекторов. Здесь, наверное, даже ночью было светло как днем.
Со всех сторон Никита замечал камеры слежения, направленные прямо на них.
Охранник, сопровождающий ребят, направился не к главному входу, а обогнул особняк с правой стороны и остановился у высоких стеклянных дверей пристроенной к дому оранжереи. Впустив гостей внутрь, он вошел следом за ними и молча замер у входа."
"Размеры оранжереи поражали воображение.
– Ну надо же, – раздался вдруг приятный женский голос, – не ожидала, что в полиции теперь служит такая молодежь…
К ним приближалась Леона Темникова.
Никита тут же узнал ее, ему уже приходилось сталкиваться с ней раньше. К счастью, он при этом всегда был в своем зверином облике, поэтому она никогда не видела его истинного лица. Это была высокая стройная женщина средних лет, загорелая, с темными вьющимися волосами. Белый комбинезон из плотной ткани и яркий желтый платок на шее красиво оттеняли легкий загар.
