Как в этой толкотне будут действовать отроки, остающиеся внизу, Мишке смотреть было некогда – вместе с десятком Роськи он лез на крышу углового дома, а снизу бешеным голосом орал Глеб:
– Быстрей, шевелись, наши помощи ждут!!!
Крыша, слава богу, оказалась драночной, не нужно было нащупывать под соломой стропила и обрешетку, чтобы не провалиться. Мишка глянул вперед и понял, что дело плохо – журавлевцы всей своей массой врезались в сооруженную на выходе из переулка баррикаду и почти развалили ее. Кто-то там оказывал им сопротивление, но из-за спин стражников ничего не разглядеть. Стрелять было далековато, но два десятка болтов сделали свое дело – мельтешение поднимающегося и опускающегося оружия на перекрестке на несколько секунд прервалось.
Взведя самострелы, отроки первого десятка бросились вперед, на ходу доставая из подсумков болты. Справа, на другой стороне переулка, то же самое делал второй десяток, а те, кто должен был двигаться по земле, застряли – слишком тесно было в переулке от конских туш и вьюков. Следующий дом стоял рядом, можно было перепрыгнуть с крыши на крышу, но, как назло, покрыт он был соломой. Отрок Варфоломей прыгнул первым и провалился.
– Стоять!!! – гаркнул Мишка. – Стреляем отсюда!
Вокруг него привычно защелкали самострелы, и вдруг в этот привычный звук вплелся свист стрел – задние журавлевцы ответили из луков. Никого, кажется, не задело – стрелять, обернувшись назад, с беспокойно топчущегося коня, не такое простое дело. Мишка уже хотел скомандовать укрыться за коньком крыши, но по лучникам ударил второй десяток. Им повезло больше: сарай или какое-то еще строение, на которое они спрыгнули с крыши первого дома, тоже был покрыт дранкой, хоть и трещавшей, но не проваливающейся под ногами. К тому же лучнику стрелять вправо и назад очень неудобно, и второй десяток бил по журавлевцам спокойно, на выбор.
– Делай, как я! – заорал Роська и, оттолкнувшись ногой от загородки, стоявшей между домами, упал на соломенную крышу грудью, нащупывая под снопами прочную опору.
– Отставить! Заряжай! – Мишка удержал за плечо отрока Андрея, сунувшегося вслед за Роськой, и повторил команду. – Заряжай! Стреляем отсюда!
Упор в крышу, щелчок стопора, болт лег на предназначенное ему место и… поздно! Журавлевцы разметали баррикаду на перекрестке, и передние, проскочив улицу, уже начали сворачивать за угол, но не влево, к выезду из села, как можно было ожидать, а направо – обратно к «детинцу».
