Есть в языческих верованиях идея государственности?
– Ну… – Мишка задумался. – Нет, пожалуй. Хотя я языческую веру плохо знаю.
– Нет и не может быть! Многобожие складывалось, когда о государствах еще и речи не было.
– Вот и неправда! – сразу же нашелся с ответом Мишка. – А Египет? А Рим?
– Мы же о славянах говорим, – напомнил монах. – Впрочем, и в тех державах монотеизм восторжествовал. «Един Бог на небе – един царь на земле». Так вот: в славянском язычестве идея государственности отсутствует, а в христианстве есть! И взгляды христиан не изменятся, как у Рюриковичей, потому, что главенствует в них не телесное, но духовное. Идея! «Вначале было Слово»!
– Значит, цель все-таки оправдывает средства?
– Нет, не должно так быть! – вскинулся монах. – «Аз есьм человек и ничто человеческое мне не чуждо». Это ОН сказал. А мы неизмеримо слабее ЕГО и бывают у нас положения безвыходные. Вот ты убивал, а греха на тебе нет, за исключением одного случая – нельзя было иначе. И епископу туровскому нельзя иначе. А насчет цареградской указки ты и совсем не прав. Если бы было так, то епископом у нас стал бы не Симеон, а Илларион. И от костров по ночам было бы светло как днем. Каждую ночь! Понимаешь, Миша?
– Кажется, понимаю, отче.
– И что же ты понимаешь?
– Думаю, разница между Илларионом и Симеоном такая же, как между тем, что с языческими городищами недавно сотворила княжья дружина и наша сотня.
– Не понимаешь? Вы же совсем в ином образе перед местными предстали. То – страшнее вас не было, а то – вы гуманнее князя оказались!
– Так, может, мы в Погорынье потихоньку своими становимся, отче?
– Дед утром на сходе сказал: «Мы эту землю завоевали, теперь пора становиться на ней хозяевами».
– Мудр сотник Кирилл! Мудр, не отнимешь. Как раз то, о чем я тебе толковал: ярость в узде разума.
– Значит, не «цель оправдывает средства», а «из двух зол – меньшее»?
– Зла вообще быть не должно! – в голосе отца Михаила начали проскальзывать знакомые Мишке нотки фанатизма. – Это не в силах человеческих, но стремиться к этому надо. Бывает же зло необходимое, но таково оно только в глазах невежественных. На самом же деле оно – суть добро. Так лекарь загнивший член отсекает, чтобы все тело спасти. Калечит, но творит доброе!
– Это что же: живые люди – загнивший член? – Мишка в упор уставился на монаха. – Старик на костре славу богам и предкам пел.