В помещении реанимации царит странный мрак, за которым скрывается нервная активность медиков в стенах белых костюмов и тихий сон пациентов. Здесь воздух напряжен, а каждое штрихование пульта — будто подсказка на пути к спасению жизни.
Нераспечатанные коробки с ее вещами были сдвинуты в центр комнаты, освобождая свободный доступ к правой от входа стене. И вот в ней на уровне пола зияла дыра сантиметров двадцать длиной, высотой около восьми сантиметров, аккурат размером с высокий дизайнерский плинтус. Отпиленный кусок самого плинтуса валялся недалеко от дыры, посреди небольшой кучки мусора: опилок, мелкой бетонной крошки, обрывков какой-то бумажной упаковки типа пергамента, куска какой-то плотной ткани…
– Охренеть! – поделилась впечатлениями с самой собой Алиса и у себя же и спросила: – И что теперь?
Теперь, вообще-то, по всем правилам следовало вызывать полицию, чем она и занялась. Но родная полиция вызываться не стремилась и всячески отнекивалась, открещивалась. Алису долго мурыжили уточняющими вопросами, после чего предложили сфотографировать «место преступления» на камеру смартфона со всех ракурсов, после чего приехать самолично в отделение и написать заявление.
Да, сейчас! А расследовать за вас уголовные дела не надо? Оказалось, не надо, и товарищ капитан осерчал на такое ее предложение, строго попеняв разбушевавшейся гражданке. Возмущенная Алиса поднажала обещанием предать что-то там огласке, напомнила об уликах, еще чего-то наговорила дежурному своим особым академическим тоном – она умела, эдак по-ученому, весомо и со значением.
В общем, приблизительно через час полиция таки прибыла на «место преступления» и провела следственные мероприятия: то есть сняли отпечатки пальцев Алисы, обсыпали и извозюкали какими-то химикатами ручки-двери-косяки, сняв отпечатки возможных преступников, и принялись составлять протокол.
– Значит, вы, Алиса Юрьевна только что переехали в данную квартиру? – повторил очередной раз старший лейтенант, заполняя лист протокола.
– Да, – коротко подтвердила Алиса.
– И только что вернулись из командировки?
– Да, товарищ следователь, – ровненько, без эмоций в который раз повторила она и напомнила: – Документы о которой вам представлены.
– Представлены, – подтвердил старлей и продолжил опрос: – Что-то из ценных вещей пропало?
– Нет, не пропало, – тем же ровным тоном отвечала Алиса. – Из ценных вещей в этой квартире есть только компьютерная техника, рабочий стол, стул, холодильник и матрас. Все они, как вы могли удостовериться, находятся на месте и в полной исправности. Остальные ценные вещи я еще не перевезла.
– У кого есть ключи от вашей квартиры?
– Ни у кого. Только у меня. Я пока не передала запасные ключи никому.
