Его язык творил в моих устах нечто невообразимое. Он словно танцевал, соблазняя, ласкал нёбо. Сплетался с моим языком. Так мучительно приятно.
В небе прогремел гром.
Я вздрогнула, но Айдан лишь сильнее притянул к себе. Его рука, стискивающая меня за талию под плащом, слегка ослабила хватку и поползла вверх. Даже через одежду я ощущала жар, исходивший от нее.
На щеку упала первая холодная капля. Начинался дождь.
Распахнув глаза — уставилась на ухмыляющегося самодовольного дракона.
— Не смей отрицать, Рьяна, что ты не чувствуешь эту связь, — прохрипел он, оставив мои губы в покое. — Я не желаю слышать от тебя о другом. Не будет других. Лишь я!
— Я ничего не чувствую, Айдан Свирепый, — прошептала, севшим голосом, слегка уязвленная его не имеющей границ наглости. — Этой земле нужна защита, а не эгоистичная фера. И действовать я буду, слушая не сердце, а голову. Собственно, как и всегда."
"— Так да? — он тихо рассмеялся. — Значит, я дам этой земле такую защиту, что ни одна красноглазая тварь не подступится. Но ферой тебе здесь не быть более, Рьяна. Хорошо, что есть Филлия и Сарен. Хоть не придется воевать с этим клочком земли за тебя. Есть на кого его спихнуть!
— Все продумал? — я, наконец, пришла в себя. — Все за меня решил, дракон?
Ответом мне была очередная жесткая немного циничная ухмылка.
— Есть битвы, Рьяна, которые драконы не проигрывают. Все ли я продумал? Да! Ты даже не представляешь, насколько крепка моя осада. Не видишь весь масштаб войны, которую я сейчас веду. Так что, кошечка моя, свыкайся с мыслью, что я тебя завоевал.
— Зубы не обломай, дракон! — фыркнула в ответ.
Тут даже моя кошка была со мной солидарна и хвост таки перестала сгибать набок, припадая перед этой ящерицей на задние лапки. Наша гордость была уязвлена.
— О нет, моя фера. Нет, — Айдан оскалился, демонстрируя мне внушительных размеров клыки. — Тут или победа, или сдохнуть. А я страсть как люблю эту жизнь. Так что остается только покорять и побеждать. Даже ценой чьей-то выдранной глотки.
За спиной генерала показались драконы. Обоз добрался до поместья. Мой нюх уловил слабый запах крови.
— Целителя! — прокричал огромный воин, отдергивая плотный полог, закрывающий телегу. На его глазу красовалась темная повязка, скрывающая один глаз. — Целителя быстро! Я их жизни долго не удержу. Здесь ребенок!
— Это Брек, он темный. Жрец, — Айдан отошел от меня и бросился к повозкам, оттуда стали на плащах выгружать первых раненых.
Я, моргнув, последовала за ним. Подоспев к этому странному Бреку, попыталась заглянуть в его телегу.
— Целителя, женщина! — прогорланил он весьма неделикатно. — Шевелись! Зови того, кто здесь врачует.
— Рот закрыл и руку мне давай, увалень! — рявкнула в ответ.
— Фера, куда нести? — раздалось сбоку.