Автор
Жутковатая атмосфера царит в полумраке кабинета генерала Огненных драконов. Ужас перед пришельцем усиливается, когда она наконец-то выходит на свет. Кровавые угрозы в свете его глаз разрывают ее, заставляя сосредоточиться и выжить в ближайшее мгновение.
Нет у меня жалости к Огненным ящерицам. Но и жизнь у Ледяных страшит. Ведь для них я предательница, враг, трофей.
А еще я Пустышка."
"Как мне удалось понять из разговоров этой троицы. Старшая принцесса родилась пустой. В ее теле не течет огонь. Но тем не менее они даже в этом бесчестно поступили с Ледяными, подсунув им меня.
И теперь я беззащитна, а Огненные реализуют свои хитроумные планы через меня.
А еще Агния даже не могла обернуться в драконицу.
Выбраковка какая-то.
Может это Великий Создатель наказал Огненных за гордость, спесь и хитрость?
— Но ты не расслабляйся, детка.
Ну что за Смрад поганый!
Даже образ непобедимого Ледяного генерала меня не так пугал, как эта ящерица.
Я уже мечтала поскорее оказаться подальше от него.
Надеюсь, что Ледяные будут в корне отличаться от Огненных.
А иначе этот мир просто обречён.
Коридор закончился узкой деревянной дверью.
— Не забывай кивать, дикарка. Но помни, скоро я перережу горло твоему муженьку. Умоюсь в его крови, и возьму тебя. — И Габон распахнул дверь, практически проволок меня к алтарю. Я даже не успела осмотреться. Запах сырости и мха ударил в нос.
А потом я подняла глаза.
И мой взгляд приклеился к трем фигурам, что окружали каменный постамент с серебряной чашей, потемневшей от времени.
Меня заколотило.
Нет. Нет.
Не так я должна была выходить замуж!
Да и у меня уже есть жених. Вернее был. Но я не хочу, не хочу.
Я попятилась.
Мне стало откровенно страшно. Потому что тот, кто стоял посередине, вселял в меня больший ужас, чем император Ледяных с короной на голове. И маг, что распростер руки над чашей.
Казалось, я смотрела не на человека, а на зверя во плоти.
Меня брала нервная дрожь. Я оступилась, чуть было не запуталась в подоле платья. Но Габон придержал меня, сжимая до боли локоть.
Он насильно дотолкал меня до алтаря. Пока я как зачарованная смотрела в ледяные и равнодушные глаза своего будущего супруга.
И там не было жизни, счастья и любви. Они были полны ненависти.
— Будь паинькой, дикарка моя. Потерпи, я скоро вызволю тебя, — прошептал напоследок Габон.
