Взяв меня за руку, Кир уверенно пошагал навстречу густому кустарнику. Продравшись сквозь плотные и довольно колючие заросли, выбрались на поляну и очутились перед небольшим гротом. Пещера была с довольно широким, хоть и низким сводом, всё вокруг засыпано крупным песком. Когда-то здесь текла река.
Перед входом лежали Гай и Рэй. В темноте грота виднелись очертания Таи. Тигры подняли головы и оскалились, прижав уши.
- Что это с ними? - удивился Кир.
- Стой. Они охраняют Таю. Любой самец сейчас для них враг. Меня, может, подпустят.
Раздался глухой рык, Рэй хлестал по бокам хвостом, но в глазах была растерянность.
- Тише, мальчик. Это я, - старалась говорить спокойно, без страха.
Мышцы у зверей напряглись, ещё чуть-чуть и они кинутся. Я стояла, не двигаясь, ждала, когда звери поостынут.
У Рэя в горле клокотало, он тихо рычал, но скалиться перестал.
- Тая, - позвала тигрицу: если она спокойно подойдёт, то и тигры не нападут.
Но та не отзывалась и не выходила.
Гай и Рэй не сводили с нас глаз.
- Что это с ним? - продолжал недоумевать Кир.
- Они охраняют своё потомство, решают, можно нас подпустить или нет.
Если тигры не позволят нам приблизиться к Тае и малышам, то нам придётся с ними распрощаться. Они одичают и не будут подпускать людей.
- Гай, мальчик, иди ко мне. Ну же, - я протянула руку по направлению к зверю.
Тот колебался, но потом встал и, приблизившись, уткнулся головой в моё плечо. Гладила его по макушке и за ухом, ласково разговаривая. Гай успокоился и расслабился. Лизнул меня в щёку.
Кир, видя, что зверь не нападает, смело шагнул к Рэю. Но вдруг тигр прыгнул, опрокинув охотника, прижал его к земле. Угрожающе оскалился.
- Рэй, - я рванула к ним, - стой!
Тигр обернулся, не вставая с мужчины. Подошла к нему, ведя за собой Гая, реакция брата должна успокоить хищника. Присела рядом:
- Рэй. Всё хорошо. Это мы.
Зверь поднял глаза на Гая, заворчал, но всё же отпустил Кира, усевшись рядом. Теперь бы только не разозлить его.
- Рэй, мальчик. Иди ко мне.
Тигр оскалился, но в этот момент Гай прыгнул вперёд, отвесив брату оплеуху. Тот упал на землю и склонил голову, показывая покорность старшему. Успокоился и, поднявшись, подошёл к Киру, позволил себя погладить.
- Полдела сделано, - выдохнула я, - теперь осталось задобрить мамашу. Кир, уйди подальше, звери нервничают.
- Ещё чего, - охотник и не подумал отступать, - а если они кинутся на тебя?
- И что тогда? Как ты им помешаешь?"
"- Заслоню тебя, чтобы успела убежать, - он произнёс это с такой решимостью, что я поняла: спорить бесполезно.
- Ладно, пошли вместе. Только потихоньку. И лучше молчи.
Мы аккуратно, по полшага, подбирались к гроту. Из темноты сверкнули зелёные глаза, но тигрица не выказывала тревоги или злобы.
- Таечка, девочка моя. Как ты?
Ступили под свод.