– Обещаю, впредь никогда не позволю себе подобных высказываний.
Обрисованные перспективы ему не нравятся, поэтому отец замолкает и возвращается к детворе. Уверен, он больше никогда не позволит себе высказаться о Майе, а если всё же осмелится, будет лишён того немногого, что имеет сейчас.
Мама права – у него остался только я, а я иду в комплекте с Майей.
Странная? Да.
Эмоциональная? Безусловно. За эти четыре года я видел, как Майя радуется, плачет, впадает в истерику, ест, спит, дурачится, болеет, злится. Наблюдал в разных вариациях: голой, в трусах, пижаме, вечернем платье, растрёпанной, сонной.
Хотел ли я её придушить? Неоднократно. Хотел ли от неё уйти? Ни разу. Странно, но девочка-катастрофа внесла в мою жизнь неведомый ранее покой и уверенность, что она никогда меня не оставит.
Она выбрала. Я тоже. Выбор окончательный.
История Глока – «Принцип неизбежности"
