В главе 1 "Пациентки по межзвездной переписке" мы знакомимся со Светой — дочерью-подростком, которая бодро трусцой перемещается по комнатам в надвигающихся темноте. Разговоры сестры привлекают к ней беспокойную рыжую кошку, и главная героиня начинает переписываться со знакомыми звездопланерами за пределами нашей планеты, став пациенткой по межзвездной переписке....
Но все, что видела я сейчас в небольшом окне со встроенными фильтрами и воздуховодами — это серый, затянутый пеплом и копотью купол, через который никогда не проглядывается солнце.
Серый и грязный мир Цереры."
"Откинув одеяло, я села и придвинула к себе кресло. Зафиксировала его колеса, чтобы не откатились, с трудом приподнялась и перебралась в него. Отщелкнула стопоры и направилась в небольшую ванную. Подогрев включили недавно, и вода оказалась еле теплой. Но мне и этого было достаточно. Стянув ночную рубашку, переползла на пластиковую лавку с держателями и включила душ.
Мне все казалось, что вокруг витает запах кислого пота. Гадкий и едкий. И чем сильнее я терла кожу на бедрах, тем отчетливее его ощущала. Синяки за ночь проступили сильнее, став бордово-синими. По их очертаниям легко было определить, как мужчина хватал меня, раздвигая ноги. Я не чувствовала боли, а он, видимо, не контролировал силу.
Отбросив бесполезную мочалку, я принялась ладонями растирать мыло по внутренней части бедер. В отчаянье и вовсе налила пахучего геля для душа, но эффекта не было.
Все тот же кислый запах моего мучителя.
Опустив руки, прикрыла глаза. Вода струями стекала по моему телу, смывая мыльную пену. И вроде я должна чувствовать себя чистой, а никак. Потянувшись, повернула кран.
Продолжая сидеть, разглядывала с ненавистью многочисленные белые полосы на ногах. Большей частью на икрах. С того дня, когда на нас напали клоцки, прошло много лет. Разорванные мышцы мне зашили, раны потихоньку затянулись, оставляя шрамы.
Клоцки — мутировавшие цепные псы хромов. Расы, которую не желали видеть ни в одной цивилизованной системе нашей галактики. Но они, как чума, появлялись на нелегальных станциях и кораблях, обращая население в жутких тварей. После них оставалась лишь смерть.
Я до сих пор не понимаю, как военные могли просмотреть их на отправленном на утилизацию корабле и как мы с Астрой выжили. Помню лишь, как проснулась, лежа на своей кровати, и увидела заплаканного отца с ружьем на коленях.
Но обошлось.
Во всяком случае, мы так думали, пока не выяснилось: мои ноги заживают не так, как должны. Суставы распадаются, а кости деформируются. Каждый год мне делали операции, чтобы хотя бы внешне все выглядело нормально.
