Кровавая лунная ночь — это время, когда Хана открывает страшную тайну о себе, заставляя сердца каждого героя сначала биться в ужасе, а затем стремиться к пониманию и спасению. В мире, где каждое движение может изменить судьбу, герои становятся свидетелями необыкновенных событий, приносящих на их пути тайны и чудес....
Он лежал подо мной на постели…уже не беспомощный, уже не слабый, несмотря на перебинтованную грудь и плечо. Ему наверняка очень больно, но в то же время казалось, что его это не беспокоит. Сейчас он пристально смотрел на меня, и когда я попыталась привстать, удержал за руку. Мне кажется, я услыхала, как бьется мое собственное сердце.
— Что такое? Испугалась?
— Да…немного, — честно ответила я и ощутила, как, и правда, от страха окаменело мое тело.
— Что именно ты хотела сейчас сделать?
Я попятилась назад, но меня властно дернули вперед, прямо на грудь монгола.
— Делай! — скомандовал он, а я оторопела и потеряла дар речи.
— Вам…вам может не понравиться!
— Делай!
Наклонилась и коснулась губами его четко очерченных губ, и тут же отпрянула обратно назад. Словно обожглась, и еще сильнее испугалась. Ведь последует наказание. Непременно. И больно уже будет мне.
— Еще! — приказал, и по всему моему телу побежали мурашки.
Не решаясь повторить поцелуй, отвела взгляд, но ладонь на спине сжала меня намного сильнее, не давая отдалиться.
— Повтори…я не почувствовал. Или ты лжешь?
Можно подумать, я могла бы сделать что-то другое и как-то ему навредить. Но голос монгола звучал угрожающе хрипло, сорвано, и я не смела ослушаться… а еще меня ужасно манили его губы. Они были, как само искушение, как самый настоящий грех, который так хочется вкусить и потом умереть. Крылья внутри порхают все сильнее и сильнее. А черные глаза затягивают невыносимо глубоко, как в дьявольское пекло, и этот взгляд лишает силы воли, заставляет полностью подчиняться, ломает и ставит на колени.
Я даже представить себе не могла, что вот так буду лежать в его объятиях и нагло целовать его губы, а он прикажет мне сделать это еще. Наклонилась и снова коснулась губами его губ.
— Почему…тебе кажется, что ты знаешь меня давно?
Прошептал мне и наклонил мою голову к своему лицу, так, что мои губы теперь терлись о его рот, и чтобы ответить, мне нужно зацепить своей нижней губой его верхнюю.
— Это…это такое чувство внутри.
Пошевелил губами, и теперь его губы скользили по моим. Поцелуя нет, но вот это трение настолько интимно, настолько эротично, что у меня пробегает дрожь по всему телу, и, кажется, грудь наливается и становится тяжелее, а низ живота слегка потягивает.
— Что ты давно хотела сделать и не могла?
— Нне знаю…
— Знаешь…Сядь на меня.
