Она этого хотела? Хотела. Она должна радоваться? Должна. Вместо этого — паника.
Попыталась включить хоть какую-то логику. Пошуршала инструкциями к тестам и извилинами. Проинспектировала память. Господи, у нее же задержка уже две недели, а Варя ни сном, ни духом. Не вспомнила. Водоворот по имени «Тихон Тихий» так ее закрутил, так влез в ее жизнь, так там все поменял, что Варя забыла о таких важных вещах, как собственный менструальный цикл! Она нервно усмехнулась. При таких провалах в памяти удивительно, что еще так рано сообразила.
А не когда ребенок уже шевелиться начал. Ребенок… Ребенок… Ей показалось, что-то затикало внутри. Словно запустился часовой механизм. А Варя поняла, что дико замерзла. Ей срочно нужна ее персональная двухметровая грелка. И вообще…
Это он. Это он все это затеял! Он во всем виноват!
Она резко толкнула дверь его кабинета и решительно шагнула внутрь. Хозяина кабинета сидел, уткнувшись носом в монитор. Без Ракеты рядом — и на том спасибо. Обернулся на звук и тут же откинулся в кресле.
Улыбнулся.
— Привет. Почему не позвонила, что приедешь? А я уже почти закончил дела и собирался домой.
Она смотрела на него молча.
— Что-то случилось? — улыбка сползла с лица. — Варя, что случилось?
— Случилось? — она уперла руки в бедра. — Да, именно, случилось! Что, довыпендривался, Тихон Аристархович? Допрыгался?! — тут Варя поперхнулась двусмысленностью фразы, понятной сейчас только ей. И замолчала. Ей казалось, что она сейчас задохнется. Или лопнет.
— Варя… — он заговорил негромко и стал медленно вставать.
— Что случилось — говори толком!
— Я беременна! — закричала она. — Доволен?! Ты меня обрюхатил! Господи… — она опустила руки, и они повисли безвольно вдоль тела. — Мы не женаты еще. Мы даже заявление в ЗАГС не подали. А я уже беременна! Ты чертов сперматозавр, Тихий! Я залетела от тебя в самую первую ночь!
Она замолчала. Переводила дух. И смотрела, как он шел к ней. Словно подкрадывающийся хищник. Медленно, но неотвратимо. А потом в решающем броске прижал ее, развернул спиной к себе, уперся поясницей в стол.
Положил обе свои огромные лапы на ее живот, уткнулся губами куда-то в основание шеи. И выдохнул ей туда, раздвигая дыханием волосы.
— Дааа, Варенька, дааа… Теперь ты точно от меня никуда не денешься.
Она всхлипнула. Горячие руки на животе успокаивали. А слова немного… пугали."
"— Нельзя так, Тиша. Для тебя ребенок — только средства удержать меня? Так я и так никуда не денусь, правда. А ребенок… он сам по себе будет.
