— Если тебе полегчает — разбей. Правда, Любе, например, это не помогает.
— Ты все-таки Звероящер!
— Я твой брат. Я хочу, чтобы ты была счастлива. И чтобы у моего ребенка были двоюродные братья или сестры. А не только тетя — заведующая отделением.
— Там этот наглый Тихий пришел, — в кабинет, посмеиваясь, зашла Зоя Анатольевна.
— Так наглый или тихий? — спросила Варя, не отрываясь от заполнения очередной медицинской карты.
— Два в одном. Хоть трезвый. А не как в прошлый…
Медсестру прервал звук открывшейся двери.
Варя подняла голову. Гражданин Тихий явился на перевязку.
Отеки немного спали, и стало видно глаза. Это придало его лицу несколько более осмысленное выражение. В остальном Тихон Тихий выглядел ненамного лучше, чем накануне. Мелкие царапины, гематомы и белая повязка украшали лицо. Весьма впечатляющие габариты мужчины облачал костюм. Варя не смогла вспомнить — тот ли это, в котором он был вчера, или другой. Но ощущение было такое, что в этом костюме гражданин Тихий спал. Что обидно, костюм явно дорогой: видно было и по покрою, и по тонкой ткани — только стопроцентно натуральные ткани могут так беспардонно измяться.
Похоже, Тихий относился к категории мужчин, вовсе не умеющих носить костюм. Например, Варин брат Николай костюмы ненавидел люто и утверждал, что они идут ему, как корове — седло. Тихон Аристархович, похоже, был из той же породы. Потому что выглядел Тихий в этом своем дорогом костюме как самый натуральный бомж. Варя поймала себя на том, что вот-вот улыбнется. Непонятно чему.
— Явился — не запылился, — фыркнула Зоя Анатольевна. — Проспался?
— Здрастье, — он медленно повернул голову к медсестре. Потом снова обернулся к Варе. — А… Варвара где?
Варя прикусила губу, чтобы не рассмеяться.
— Я за нее сегодня. Проходите.
Она встала из-за стола. Он сделал пару шагов ей навстречу. И хмуро уставился сначала на ее рыжие волосы. Потом — на грудь. Точнее, на бейдж. Несколько раз моргнул.
— Значит, это вы… Варвара… Глебовна.
— Рада, что мы снова на «вы», как цивилизованные люди, — Варя никак не могла понять, чем ее так веселит присутствие этого «Тина» и его растерянное лицо.
Вчера он ее бесил. А сегодня почему-то, глядя на него, хотелось улыбаться. — Садитесь на кушетку, Тихий.
— Раздеваться надо?
— Нет.
— Жаль… — он послушно опустился на кушетку. Наморщил лоб. — А почему я решил, что ты… вы… блондинка?
— Отличный вопрос, — хмыкнула Варя, осторожно убирая повязку. — Это у вас была вчера такая эротическая фантазия.
