А что, поднатаскался бы и работал не хуже других… Во всяком случае, не хуже этого Тонкова…
Капитан снова уткнулся в объяснение, буркнув напоследок:
– Так что ты масла в огонь не подливай! Что спрашиваю – на то отвечай, а лишнего не болтай!"
"Капитан закончил дополнительное объяснение, Ворон подписался. Про угрозу убийством теперь не упоминалось: вроде при первом опросе свидетель, находясь в шоковом состоянии, сгустил краски.
– А что будет с дядей Архипом? – спросил Ворон.
Тонков вздохнул.
– Да что… Придётся выпускать гада! – Он вложил объяснение в папку и спрятал в сейф, на глазах превращаясь из бесчувственного следственного механизма в обычного молодого парня.
– Слышь, а ты правда на зоне родился? – с любопытством спросил он.
– Правда! – кивнул Ворон.
– Да, дела… Чего только в жизни не бывает. – Капитан покрутил головой. – Ну ладно, свободен, больше, думаю, не встретимся.
Ворон только пожал плечами и ушёл, избежав рукопожатия, хотя опер напоследок ему руку протянул. Это был знак особого расположения, или обычная оперская хитрость.
* * *Днем в офис позвонил Коряга.
– Когда ты вернешься? У нас накопилась уйма проблем!
– Думаешь, тут их меньше? – огрызнулся Ворон. – И мне приходится все разгребать. А в Карне я тебя оставил за главного! Или не справляешься?
– Крокодила с чужой головой никто не боится…
– О! Где ты научился таким философским штучкам? Не у Мадьяра, случайно?
– Ты что?! При чем тут Мадьяр?
– Да нет, это я так, к слову, – благодушно сказал Ворон. Никогда не нужно предупреждать врага о грозящей опасности. Наоборот, его следует успокоить. И хотя Морпех регулярно сообщал ему о делах на рынке и о косяках Коряги, виду он не подавал и закончил разговор мирно:
– Я тобой доволен, Коряга! И высоко ценю твою работу!
Коряга довольно засопел. Он тоже многократно смотрел «Крестного отца», но хуже понимал его суть. В его сознании экшен фильма вытеснял мудрость содержания.
* * *К концу дня Ворон вышел на улицу и из автомата позвонил Марине. Звонить из офиса в последнее время он опасался. И подруга принимала меры предосторожности: послушалась совета и взяла больничный, сидела дома, а вечером приехала к нему в сопровождении старшего лейтенанта милиции в полной повседневной форме и с кобурой на поясе. Старлей был женского пола, плотного телосложения, с короткими, обесцвеченными перекисью волосами, ярко накрашенными губами и простецким лицом. Как ни странно, в форме она казалась гораздо красивей…
– Здорово, Ворон! Еще летаешь?
– Здорово, Лена! – Если он и удивился, то виду не подал.