Автор
Вечером в июне 1991 года Карна, где лошади предпочитают молчать и дождь громче людей, пробуждался после тёплой ночи. Город будил первый народный торговец, как сонливый пьяница — медленно очищаясь от долгого беседки. В этот момент начиналась жизнь для тех, кто знал, что ворона всегда предупреждает о беде....
– Как, впрочем, и городские начальники, и менты – все хотят денег. И всем хватит денег! Только нужен порядок…
– И что?
– Ты молодой, из спортсменов, «новая волна»… Но ты же никого не слушаешь! – продолжил Шаман тоном, каким предъявляют претензии. – Ты ни с кем не советуешься… Затеял какое-то свое дело, ни с кем не делишься, хотя дела твои идут в гору… Так не годится!
– Вот оно что?! – ухмыльнулся Ворон. – Чужие деньги считаешь?! А кто старший? С кем советоваться? Делиться?
– Пока меня многие признают, – ответил Шаман.
– Я подумаю! – Ворон поднялся и, не прощаясь, вышел.
У входа в дирекцию его уже ждали все шестеро: тиходонская часть бригады и Джузеппе.
– Чего он хочет? – спросил Оскаленный. – Я на всякий случай всех подтянул…
– Ты правильно сделал! – похвалил Ворон. – А гранаты у вас есть?
– Откуда? – удивлённо ответил Оскаленный. – Ты же знаешь, что у нас есть, а чего нет.
– Нужно достать!
– Ты это серьёзно?
– Да. Шаман сказал – наступают новые времена. И нам надо быть к ним готовыми.
– Достанем! – пожал плечами Оскаленный, будто речь шла о соленых огурцах летом.
– И отвези мои вещи домой, на Индустриальную. Я, скорей всего, буду ужинать в «Адмиральском». Понадоблюсь – найдешь!
* * *Расставшись с Оскаленным, Ворон прошёл через западные ворота и вышел из рынка на оживленную улицу. Наискось, слева, стояли бежевые «Жигули» с задними стеклами, заклеенными зеркальной пленкой и с фонарем «Такси» на крыше. Усатый краснолицый кавказец дремал за рулём, выставив локоть в открытое окно.
Ворон открыл дверь и плюхнулся рядом с ним. Таксист встрепенулся, выходя из дрёмы, возмущенно повернулся.
– Ты что без спросу, как к себе до… – Но взглянув в лицо неожиданного пассажира, оборвал фразу на полуслове.
