Деревья на протяжении десятка метров то ли вырублены бывшими служителями молитвенного сооружения, то ли просто не растут, уступая давлению ауры неведомого существа, засевшего внутри. Всё это пространство, поросшее лишь низкорослыми кустами и чахнущей травой, тоже окутано мерзкого вида паутиной, где гуще, где реже.
Взгляд не сразу находит трупы среди колышущихся клубков и нитей, которые скрадывают под собой очертания любых предметов. Но заметив первый, нахожу и остальные. Два тела определенно принадлежат человеческим существам. Вглядываюсь, заставляя систему выдать подсказку:
Чёрт возьми, это же мои кандидаты в клан, о них я совсем недавно говорил с Команчем! Из этой партии любителей экстремальных приключений не хватает лишь двух – Сидора и Юлианны. И теперь я точно знаю, что накопитель опыта, который я забрал с Пастуха, принадлежал Сидору, только он и не успел сдать взнос. Если и Юлианна где-то здесь, то может, она ещё жива? И вообще, какого дьявола их сюда понесло, на остров Мертвецов?!
Стоп. А не виной ли тому мои требования для вступления? Им нужен был опыт для кристаллов, и они пошли на риск, чтобы набрать этот опыт ускоренным темпом. Похоже, требования действительно придется пересмотреть. Что-нибудь придумаю полегче, но это потом.
Взгляд скользит по полю битвы дальше.
Подручные Горада. Ворукс все-таки допрыгался. Майло не соврал, что оставил на нём свою метку – вместо левого глаза у псоглавого виднеется едва зарубцевавшаяся рана. Стоп. Если Майло не соврал в этом, то может, не врал и в остальном? И наличие предметов, что я забрал с его праха, можно объяснить как-то иначе, а не совместным заговором с Горадом? Жаль, ожерелье, привязанное к душе убийцы, для меня сейчас бесполезно…
Ладно, это все потом.
Нервным движением накидываю цепочку на шею, заправляю блестящий адамантином ромбик кулона под панцирь, даю подтверждение системе о привязке, выбрасываю мысли о Майло из головы и возвращаюсь к осмотру местности.
С каждым замеченным телом мне становится всё больше не по себе.
Такой монстр здесь не один. Нахожу взглядом по меньшей мере еще двух его сородичей, чуть дальше, возле трупа Тангара. Парень оборонялся неистово – расщеплённый край его круглого полуметрового щита вогнан в раззявленную пасть костееда, обломав ему клыки и практически оторвав нижнюю челюсть. Меч бойца торчит в грудной клетке второго монстра, погруженный почти по гарду. Но и сам Тангар погиб так, что взглянуть страшно: у него не хватает верхней половины черепа. Разбрызганные куски черепной коробки и ошметки мозгов приклеились к отдельным нитям паутины, бесшумно подрагивая и раскачиваясь от порывов ветра жуткой гирляндой.