Почувствовав близкое движение, Тьма мгновенно вздувается громадным пузырем и чернильной волной выплескивается навстречу, по пояс захлестывает орка и несется дальше, вырываясь из прохода на простор излучающим эманации смертельного ужаса потоком. Знак Алана реагирует вспышкой горячей боли, отпрыгиваю в сторону, спотыкаюсь, валюсь на землю, перекатываюсь на другой и бок и вижу, как истончающаяся кромка потока проходит рядом, в полуметре.
Машинально подхватываю оказавшийся поблизости щит, поднимаю взгляд в сторону входа. Упавшее навзничь тело орка еще ворочается внутри жадно пожирающей его Тьмы, тая, как кусок сахара в воде. Смотреть на это жутковато. Прости, приятель. Ты бился отважно, и мой Список Мертвых тебя сохранит.
Но не зря я колебался бросаться первым самому, инстинкт не подвел. Мой личный счет к линарцу только что увеличился в многократном размере, он мог меня предупредить об этой пакости. Но не стал. Сунься я сразу, как он приказывал, и еще на одну «приманку» стало бы меньше. Рист совершенно не умеет распоряжаться ресурсами, из него никогда не выйдет толкового рейд-лидера. Да и чёрт с ним.
Больше не раздумывая, взлетаю на спину послушно замершего Строга Бездумного, хватаюсь за его плечи, стараясь не выронить ни щит, ни меч, обхватываю ногами пояс.
Еще немного, и мы выскакиваем в зал.
В дикой ярости снова бросаю Строга вперед.
Всего в метре от алтаря он начинает шататься, затем его ноги подламываются. Слабо взрыкнув, он тяжело оседает сперва на одно колено, затем на другое, с силой упирается перед собой в пол древком секиры вместо костыля, могучие мышцы вздуваются на руках под черной шкурой. Из колышущейся над полом тьмы вместо его голеней проглядывают обнаженные кости, плоть содрана почти начисто, и остается лишь удивляться, что гхэлл протянул так долго.
Строг все-таки сдает окончательно и начинает заваливаться лицом вперед, но я уже взбираюсь по нему еще выше, отбрасываю щит, чтобы освободить левую руку и прыгаю с его плеч на алтарь. Срез малахитовой верхушки меньше моих стоп, но этого хватает, чтобы не свалиться вниз. Одной рукой хватаю тельце Крохи и рассекаю мечом тугой, как проволока жгут паутины, удерживающий ее над алтарем. Краем глаза замечаю, как слева тьма приходит в движение, обозначая присутствие босса, недовольного моим вмешательством, но не останавливаюсь. Нельзя останавливаться, ибо тогда погибнем оба. Бросаю меч за спину, разрываю паутину на тельце фейри пальцами, рассекая кожу словно лезвиями в кровь, но не обращая на это внимания. Выхваченный одним движением элитный кристалл из подсумка прижимается к груди освобожденной, но все еще пребывающей в коме фейри.