В «Палаче мафии» мир ужаса и жестокости. Духи-наркоманы не боятся смерти, но они рвутся на пулю в бессмысленных бойнях. Наркотическая дури поглощает страхи, и в этом адском хаосе каждый считается наживкой для убийства. Таинственный кровопролитие и безысходность создают атмосферу безвыходности, где жизнь теряет смысл....
Но, кроме триппера, никаких ярких воспоминаний она о себе не оставила. Последний год он частенько заглядывал к одной деревенской вдове. Пышная симпатичная баба, плевать, что ей уже далеко за тридцать. Но опять же, куда ей до Наташи…
На столе стояла водка. Но это, пожалуй, было лишним. Можно было опьянеть от одной только мысли, что Наташа – его женщина, и он хоть сейчас может увести ее в массажный кабинет.
Что ни говори, а романтика бандитской жизни – это не такой уж и пустой звук. Только одни девочки чего стоят… Вопрос другой: какой ценой все это достигается?
– Выпьем? – призывно улыбнулась Наташа.
И потянула Кирилла к столу. Он сел в кресло и тут же ощутил тепло ее руки. Она легла на его колено и медленно поползла вверх. Вот это номер! Кирилл хотел что-то сказать, но от волнения заклинило голосовые связки.
– Давай вмажем, братуха! – предложил Сырок.
Одной рукой он измерял температуру между ног своей пассии. А второй взял бутылку водки, сорвал зубами пробку и доверху наполнил два двухсотграммовых стакана.
– Они на работе! – весело объяснил он.
– А не много? – спросил Кирилл.
– А тебе что, слабо?
– Да нет. За что пьем?
– За этих, тех и мать их всех!
Сырок залпом осушил стакан. С грохотом опустил его на стол. Сунул в рот кусок мяса. И вплотную занялся своей подружкой.
Он беспардонно снял с нее трусики, усадил ее к себе на колени спиной к столу.
– О! У них уже начинается! – с наигранной завистью заметила Наташа.
Девочка Ира подалась вперед и медленно впустила в себя мужское начало.
– А нам не пора? – спросила Наташа.
Кирилл взял Наташу за руку и повел в массажный кабинет. По пути его порядком качнуло. Это колыхнулась в нем хмельная волна. Не надо было пить до дна. На голодный желудок да с непривычки.
Впрочем, он ни в чем себя не упрекал. Пьяная волна поднималась медленно. И была такой же мягкой и нежной, как рука Наташи…
Он с ходу опрокинул ее на мягкую кушетку, раздвинул ноги.
3"
"Кирилл как с цепи сорвался. Наташа ублажила его раз, второй, третий. А ему все было мало.
Они вместе сходили в трапезную. Выпили, закусили. И Кирилл снова потащил ее в массажный кабинет, снова опрокинул на кушетку. Так, казалось, могло продолжаться до бесконечности.
И все-таки после четвертого раза он выдохся. И сейчас лежал в объятиях Наташи. Она тоже устала. Но виду не показывала.
