Паша и Стихии пытаются спасти девушку от Империи Тигвердов и Пустоты. Их приключения разворачиваются на фоне Невского и Питера, где скрывается напряженная интрига. Неизбежное столкновение с прошлым и долгом порождает новые конфликты.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Память пепла»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Паша и Стихии пытаются спасти девушку от Империи Тигвердов и Пустоты. Их приключения разворачиваются на фоне Невского и Питера, где скрывается напряженная интрига. Неизбежное столкновение с прошлым и долгом порождает новые конфликты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Тереза Тур Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Паша и Стихии пытаются спасти девушку от Империи Тигвердов и Пустоты. Их приключения разворачиваются на фоне Невского и Питера, где скрывается напряженная интрига. Неизбежное столкновение с прошлым и долгом порождает новые конфликты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И вроде понимал, что так нельзя, но ничего сделать с собой не мог. Боялся. Жену он уже потерял. А дочь…
Эта татуировка стала последней каплей в их и без того сложных отношениях. Он устроил скандал, и Тая практически перестала с ним разговаривать. Упрямая! В мать…
Полковник вздохнул и обратился к женщине:
– Кто вы? Вы из империи?
– Нет. Я – герцогиня Рэймская. Меня попросили помочь вам.
Паника. Страх. Холодный, липкий пот по спине. Сердце стучит в горле. Нечем дышать. Хочется заплакать, но даже плакать страшно…
Так уже было. Когда она вдруг осознала, что мама не придет. Никогда. И вот сейчас.
Черная спина мотоциклиста. Давление в висках, которое заставляет делать то, что делать не собиралась вовсе…
Она не может обернуться, но понимает, что там – где-то позади – упал как подкошенный Пашка Журавлев.
Они не раз фехтовали, оттачивая свои сильные стороны. Это было полезно и эффективно. Говорили только о масках, шпагах, приемах. Иногда вместе пили кофе в кафе спорткомплекса. Пашка открывал дверь, пропускал вперед, настаивал, что сегодня он угощает. Мог купить то, что она не заказывала – стаканчик мороженого, сок. Но больше между ними не было ничего. Его считали в группе заносчивым, хотя напрасно. Просто он был на голову сильнее всех. А потом Журавлев куда-то исчез. Вернулся, фехтуя, как бог! Один тот прием, что он ей показал, чего стоил!
В памяти всплыли каменные своды, горящие факелы, бледное лицо Пашки, оттененное белоснежным воротником. Высокие сапоги, боевая шпага. Такая… старинная. Его мама, Вероника Евгеньевна, преподаватель Таи истории – в длинном платье. И прическа. Так, наверное, в восемнадцатом веке ходили. Или в девятнадцатом? Бред!
А потом – он. Эдвард. Синие холодные глаза. Лежит на белых простынях, волосы стянуты сзади. И в переходе на Невском. Бродячий музыкант? Голос… Его голос! Шляпа, шарф и перчатки без пальцев, но вязаные, все это так нелепо летом! Щетина, волосы растрепаны… Кадр!
Да что ж это такое! Что за ерунда с ней творится последнее время? Она сходит с ума? Кто-то что-то подсыпает в еду или питье? Кто? Зачем? Она ест дома. Кофе, сок только в столовой института или кафе спорткомплекса. У нее отец – сотрудник ФСБ. Может, это как-то связано с ним? Надо понять, где она. Как здесь оказалась.
Голова закружилась. Замутило. Перед глазами снова падает Павел, и тонкая струйка крови бежит, затекая в трещинку на асфальте.
Гнев. Гнев обрушивается на нее девятым валом.
Она не позволит! Никому. И ни за что! Кто бы это ни был, какой бы силой ни обладал – она вырвется!
Замотала головой, отгоняя слезы. И вдруг сквозь их пелену поймала свое отражение в боковом зеркале мотоцикла.
И показалось… Или нет? Мелькнуло.
